-- Въ такомъ случаѣ, мнѣ надо послать предупредить Селію,-- сказала Лора.-- Она зимой любятъ поздно вставать.
Она позвонила и приказала Триммеру послать одну изъ горничныхъ въ миссъ Клеръ сказать ей, чтобы она была готова ѣхать кататься въ девять часовъ; затѣмъ Джонъ съ женою продолжали болтать за завтракомъ до половины девятаго, а тѣмъ временемъ, январьсвое солнце начало свѣтить такъ ярко, что имъ захотѣлось прогуляться по саду.
-- Переодѣнься пока, Лора, и приходи пройтись по саду,-- связалъ мистеръ Тревертонъ.
Послушная жена удалялась и черезъ пять минутъ вернулась въ темно-коричневомъ суконномъ платьѣ, съ кофточкой, шапкой и муфтой, опушенными мѣхомъ.
Они вышли въ голландскій садъ,-- тотъ садъ, по которому Джонъ Тревертонъ прогуливался наединѣ въ первое утро послѣ своего перваго пріѣзда въ Газльгёрстъ,-- тотъ садъ, въ которомъ онъ увидалъ Лору, стоящей подъ аркой изъ тисовыхъ деревьевъ при радостномъ свѣтѣ апрѣльскаго солнца. Они сегодня пришли подъ арку и обошли весь фруктовый садъ. Они вслухъ соображали, сколько должно пройти времени, прежде, чѣмъ цвѣты бѣлой буквицы не оживятъ зеленѣющихъ скатовъ, и синіе цвѣточки дикаго шафрана не выставятъ своихъ головокъ изъ земли, уподобляясь душамъ, томившимся въ заточеніи и возстающимъ изъ зимней могилы.
Никогда не бывали они счастливѣе -- быть можетъ, никогда не бывали такъ счастливы -- такъ какъ душа Джона Тревертона не была болѣе удручена тайной, связанной съ его несчастнымъ прошлымъ. Сегодня имъ обоимъ казалось, что на ихъ горизонтѣ нѣтъ ни единаго облачка. Они бродили по фруктовому и по цвѣточному саду, пока на церковныхъ часахъ не пробило девять; тогда Джонъ прямо направился къ выходной двери, у которой ожидала его прекрасная гнѣдая лошадь, и гдѣ пони Лоры потрясали своими хорошенькими породистыми головками и всѣми своими движеніями выражали нетерпѣливое желаніе что-нибудь да предпринять, хотя бы побѣжать, увлекая за собою легкій экипажъ въ видѣ корзины, въ который они были впряжены.
-- Вотъ твой арендаторъ,-- сказала Лора, когда они съ мужемъ огибали экипажную дорогу на пути изъ сада,-- онъ стоить у дверей, ждетъ тебя.
-- Это онъ!-- воскликнулъ Тревертонъ.-- Онъ удивительно похожъ на лондонскаго жителя. Ну, голубчикъ,-- началъ онъ, подходя въ незнакомцу съ хлыстомъ въ рукѣ, собираясь сейчасъ же сѣсть на лошадь,-- какое у васъ до меня дѣло? Потрудитесь объясниться какъ можно короче, мнѣ надо проѣхать шесть миль верхомъ, прежде, чѣмъ я приступлю къ своимъ обычнымъ занятіямъ.
-- Я буду говорить кратко, мистеръ Тревертонъ,-- тихимъ и серьезнымъ тономъ отвѣчалъ незнакомецъ, близко подходя въ владѣльцу Газльгёрстскаго замка:-- такъ какъ хочу попасть на поѣздъ, отходящій въ 11 ч. 30 м., и долженъ увезти васъ съ собой. Я -- полицейскій офицеръ изъ Скотландъ-ярда, и явился сюда, чтобы арестовать васъ по подозрѣнію въ убійствѣ жены вашей, извѣстной подъ именемъ m-lle Шико, въ улицѣ Сибберъ, въ Лейстеръ-сквэрѣ, 19-го февраля 187... года.
Лицо Джона Тревертона покрылось смертельной блѣдностью; но онъ смѣло смотрѣлъ въ глаза говорившему.