Тревертонъ слушалъ молча. Лора спокойно сидѣла подлѣ него блѣдная какъ мраморъ.
-- Молодой докторъ въ улицѣ Сибберъ говорилъ мнѣ, что мистриссъ Эвитъ до будущаго вторника настолько поправится, что будетъ имѣть возможность явиться въ судъ,-- въ заключеніе сказалъ мистеръ Леопольдъ.-- Еслибъ этого не случилось, намъ придется ходатайствовать о вторичной отсрочкѣ. Мнѣ кажется, вы можете считать себя свободнымъ человѣкомъ. Никакой судья не рѣшится предать васъ суду, въ виду показаній этой женщины; но Дерроля все же придется розыскивать, и чѣмъ скорѣй его найдутъ, тѣмъ лучше. Я сейчасъ же наведу полицію на его слѣдъ. Не смотрите такой испуганной, мистриссъ Тревертонъ. Единственное средство доказать невинность вашего мужа, это -- доказать, что кто-нибудь другой виновенъ. Желалъ бы и, чтобъ вы сообщили мнѣ какія-либо свѣдѣнія, могущія навести полицію на настоящій слѣдъ,-- прибавилъ онъ, обращаясь къ Джону Тревертону.
-- Я уже вчера сказалъ вамъ, что помочь вамъ не могу.
-- Да, но вашъ тонъ заставилъ меня думать, что вы чего-то не договариваете, что вы могли бы -- еслибъ захотѣли -- дать мнѣ въ руки Аріаднину нить.
-- Ваше воображеніе, несмотря на суровый реализмъ судебныхъ мѣстъ, должно быть очень живо.
-- Понимаю,-- сказалъ мистеръ Леопольдъ,-- вы намѣрены не сходить съ однажды избраннаго пути. Что-жъ, человѣкъ этотъ, такъ или иначе, долженъ быть розысканъ, все равно, пріятно ли вамъ это или нѣтъ. Ваше доброе имя требуетъ, чтобъ мы кого-нибудь приговорили къ каторгѣ.
-- Да,-- воскликнула Лора, вскочивъ съ мѣста и говоря съ неожиданной энергіей,-- доброе имя моего мужа должно быть спасено во что бы то ни стало. Что такое для насъ этотъ человѣкъ, Джонъ, чтобы намъ его щадить? Что онъ такое для меня, чтобы намъ думать о его безопасности скорѣй, чѣмъ о твоей?
-- Тише, дорогая,-- успокоительно проговорилъ Джонъ.
-- Предоставь намъ съ мистеромъ Леопольдомъ однимъ уладить это дѣло.