Докучная для Роберта Одлея болтовня рёбенка была небезполезна для старика. Онъ не слушалъ разсказа, но прошелся тѣмъ временемъ нѣсколько разъ по комнатѣ, пригладилъ растрепанные волосы и далъ поправить галстухъ мистриссъ Плаусонъ, нетерпѣливо желавшей узнать причину его тревоги.
-- Бѣдный старичокъ! повторила она, смотря на Роберта:-- что могло его такъ огорчить?
-- Зять его умеръ, отвѣчалъ мистеръ Одлей, обращая глаза на сострадательное лицо мистриссъ Плаусонъ:-- онъ умеръ года полтора послѣ Елены Толбойзъ, погребенной на уентнорскомъ кладбищѣ.
Лицо мистриссъ Плаусонъ мало измѣнилось, только глаза какъ-то закатились, и собираясь отвѣтить, она опять провела языкомъ по губамъ.
-- Бѣдный мистеръ Толбойзъ умеръ?.. Это, точно, вѣсть печальная, сэръ.
При этихъ словахъ маленькій Джорджъ внимательно взглянулъ въ лицо своего опекуна.
-- Кто умеръ? спросилъ онъ:-- меня зовутъ Джорджъ Толбойзъ. Кто умеръ?
-- Одинъ господинъ, котораго также зовутъ Толбойзъ...
-- Бѣдный!.. и его зароютъ въ землю?..
Мальчикъ имѣлъ то понятіе о смерти, которое обыкновенно внушается дѣтямъ ихъ старшими, и доводитъ воображеніе ребёнка до края отверстой могилы -- рѣдко за ея предѣлы.