-- Возьмите его, сэръ... возьмите скорѣе, выговорилъ мистеръ Молданъ: -- вы терзаете мое сердце.
Ребёнокъ отошелъ къ Роберту утѣшенный. Онъ радовался мысли ходить въ школу, хотя былъ очень счастливъ и дома съ пьянымъ дѣдушкой, который постоянно обнаруживалъ неумѣренную привязанность къ красивому ребёнку, всячески его баловалъ и позволялъ дѣлать все, что ему хотѣлось. Вслѣдствіе такого потворства, мистеръ Толбойзъ привыкъ поздно ложиться спать, плотно ужинать самыми неудобосваримыми кушаньями и отхлебывать пуншъ изъ стакана дѣдушки.
По дорогѣ въ гостинницу, онъ сообщалъ разныя замѣчанія Роберту Одлею, но адвокатъ не подавался на разговоръ.
Нетрудно было отъискать хорошую школу въ такомъ мѣстѣ, какъ Соутгэмптонъ. Роберту указали красивый домъ на Большой улицѣ и, оставивъ Джорджа въ гостинницѣ на попеченіи одного добродушнаго лакея, неимѣвшаго повидимому другихъ обязанностей какъ смотрѣть на улицу и сметать воображаемую пыль съ свѣтлыхъ какъ зеркало столовъ, адвокатъ направился къ училищу для мальчиковъ мистера Марчмонта.
Онъ нашелъ въ мистерѣ Марчмонтѣ очень пріятнаго человѣка и, входя въ домъ, встрѣтилъ ряды весьма порядочныхъ мальчиковъ, отправлявшихся на прогулку по городу, подъ присмотромъ двухъ надзирателей.
Онъ разсказалъ начальнику школы, что маленькій Джорджъ Толбойзъ былъ оставленъ на его попеченіе другомъ, уѣхавшимъ, нѣсколько мѣсяцевъ тому назадъ, въ Австралію и, надо думать, тамъ умершимъ. Поручая ребёнка особенному вниманію мистера Марчмонта, Робертъ постановилъ условіемъ, чтобы не допускать къ мальчику никакихъ посѣтителей, кромѣ лицъ, которыя предъявятъ письма отъ него. Условившись въ нѣсколькихъ словахъ, Робертъ возвратился въ гостинницу за Джорджемъ.
Мальчикъ свелъ уже короткое знакомство съ празднымъ лакеемъ, который обращалъ его вниманіе на разныя достопримѣчательности Большой улицы.
Бѣдный Робертъ имѣлъ столько же понятія о потребностяхъ ребёнка, сколько о потребностяхъ бѣлаго слона. Въ дѣтствѣ онъ занимался шелковичными червями, остиндскими свинками, канарейками, собаками, но никогда не случалось ему имѣть на рукахъ пятилѣтняго ребёнка.
Онъ перенесся за двадцать пять лѣтъ назадъ и старался вспомнить, чѣмъ его кормили, когда ему было пять лѣтъ.
-- Кажется, мнѣ давали порядочную порцію хлѣба, молока и вареной баранины; помнится также, что все это было мнѣ не по вкусу. Едва ли и этому ребёнку понравятся хлѣбъ, молоко и вареная баранина.