-- Вы считаете меня очень злою и капризною, сказала леди: -- мнѣ слѣдовало бы согласиться на посѣщеніе Роберта; но, право, онъ вбилъ себѣ въ голову что-то странное обо мнѣ.
-- Объ тебѣ, Люси! вскричалъ сэръ Майкль.
-- Да, мой милый. Онъ припутываетъ меня, я несовсѣмъ-то поняла какъ, къ исторіи мистера Толбойза.
-- Не можетъ быть, Люси. Ты вѣрно не поняла его.
-- Не думаю.
-- Ну, такъ онъ помѣшался, сказалъ баронетъ:-- навѣрно помѣшался. Я подожду, пока онъ воротится въ городъ и тогда подошлю къ нему кого нибудь, чтобъ поговорить съ нимъ. Боже ты мой, что это за непонятное дѣло!
-- Я боюсь, что напугала васъ, прошептала леди Одлей.
-- Да, моя милая, меня очень напугало то, что ты мнѣ разсказала; но ты очень хорошо сдѣлала, что не смолчала и откровенно передала мнѣ, что замѣтила. Я подумаю, и рѣшу, что лучше всего предпринять.
Миледи поднялась съ скамейки, на которой сидѣла. Огонь въ каминѣ почти погасъ и только бросалъ слабый красноватый свѣтъ на окружающіе предметы. Люси Одлей нагнулась къ мужу, и прижала губы къ его широкому лбу.
-- Какъ ты всегда до меня добръ, мой милый, прошептала она чуть слышно.-- Ты не дашь никому наговорить на меня, мои милый, не правда ли?