-- Да, миледи.
Леди Одлей засмѣялась, взглянувъ на часы.
-- Мы очень закутили съ тобою, Феба, сказала она.-- Прощай! Скажи твоему мужу, что я заплачу должныя имъ деньги.
-- Очень вамъ благодарна, миледи. Желаю вамъ спокойной ночи, проговорила Феба, выходя изъ комнаты вслѣдъ за горничной миледи.
Леди Одлей стояла у дверей, пока шаги уходящихъ не замолкли въ восьмиугольной комнатѣ и на лѣстницѣ.
-- Мартинсъ спитъ на самомъ верху, сказала она:-- довольно далеко отсюда. Черезъ десять минутъ я могу совершенно безопасно уйдти.
Она возвратилась въ свою уборную и во второй разъ надѣла шляпку и салопъ. Щоки все еще горѣли попрежнему и глаза сверкали необычнымъ блескомъ. Волненіе ея было такъ сильно, что она не сознавала усталости. Какъ бы я ни была краснорѣчива, но я не въ состояніи изобразить и десятой части того, что она перечувствовала, что выстрадала въ эту ночь. Описаніемъ ея страданій, ея мукъ можно было бы наполнить цѣлые томы, in folio. Она стояла теперь у себя въ будуарѣ, слѣдя за минутной стрѣлкой часовъ и съ нетерпѣніемъ дожидалась, когда ей можно будетъ безопасно выйдти изъ дому.
-- Я подожду десять минутъ, сказала она: -- ни минуты болѣе, и тогда пойду навстрѣчу новой опасности.
Стрѣлка, медленно двигаясь, наконецъ показала, что десять минуть прошло. Ровно въ три четверти двѣнадцатаго миледи взяла лампу и тихонько вышла изъ комнаты. Ея поступь была такъ граціозна и легка, что нечего было опасаться, чтобъ эти воздушные шаги возбудили бы эхо на лѣстницѣ, покрытой коврами. Она не останавливалась до самыхъ сѣней въ нижнемъ этажѣ. Нѣсколько дверей выходило въ эти сѣни, такія же осьмиугольныя, какъ и передняя миледи. Одна изъ дверей вела въ библіотеку и эту-то дверь леди Одлей отворила съ большою осторожностью.
Тайно покинуть домъ черезъ одну изъ большихъ дверей было бы сумасшествіемъ, такъ-какъ ключница всегда сама осматривала, заперты ли онѣ. Секреты замковъ, задвижекъ, цѣпей и колокольчиковъ, ограждавшихъ эти двери и оберегавшихъ имущество сэра Майкля Одлея, были извѣстны только слугамъ, имѣвшимъ съ ними дѣло. Но хотя подобныя предосторожности существовали при главныхъ выходахъ цитадели, деревянныя ставни и небольшая желѣзная перекладина, столь легкая, что ее могъ бы поднять ребёнокъ, казались достаточнымъ для полустеклянной двери, ведущей изъ малой столовой на лужокъ, разстилавшійся посреди двора.