Миледи взглянула на часы надъ воротами; уединенная стрѣлка была гдѣ-то между часомъ и двумя.
-- Какъ тихо идетъ времяу сказала миледи:-- какъ тихо. Неужели я буду такъ стариться, что каждая минута мнѣ будетъ казаться часомъ?
Она простояла у окна нѣсколько минутъ, но никто не прошелъ сквозь ворота. Она съ нетерпѣніемъ, отвернулась и снова заходила взадъ и впередъ но пустымъ комнатамъ.
До сихъ поръ до Одлей-Корта не дошло еще никакого извѣстія о пожарѣ, зарево котораго виднѣлось ночью на небѣ. День былъ дождливый и холодный, и никакой сплетникъ не рѣшился бы въ такую погоду выйти изъ дому, хотя бы новости у него были самыя интересныя. Кромѣ того, день былъ нерыночный, и потому неудивительно, что до уединеннаго Одлея не достигла еще вѣсть о недавнемъ пожарѣ.
Когда пришло время завтрака, горничная подошла къ дверямъ и объявила, что миледи дожидаются въ столовой; но миледи не хотѣла завтракать.
-- У меня страшно голова болитъ, сказала она: -- я прилягу до обѣда. Ты можешь прійти въ пять часовъ одѣвать меня.
Леди Одлей сказала это съ твердымъ намѣреніемъ одѣться къ четыремъ часамъ, и такимъ образомъ избѣгнуть услугъ своей горничной. Изъ всѣхъ привилегированныхъ шпіоновъ, самый привилегированный -- горничная. Она имѣетъ тысячи способовъ узнать всѣ тайны своей госпожи; для нея нѣтъ ничего сокровеннаго. Леди Одлей не сдѣлала изъ своей новой горничной себѣ наперстницу, и теперь болѣе, чѣмъ когда, желала быть наединѣ.
Она, дѣйствительно, прилегла, то-есть бросилась на роскошную софу въ своей уборной и, спрятавъ лицо въ подушки, старалась уснуть. Уснуть! Она почти забыла, что такое сонъ -- такъ давно она, казалось, не спала. Съ тѣхъ поръ прошло не болѣе сорока-осьми часовъ, но ей они показались нескончаемымъ временемъ. Усталость прошлой ночи и неестественное напряженіе истощили ея слубую натуру, и она, наконецъ, заснула или, лучше, впала въ забытье, потому что, передъ тѣмъ, чтобъ лечь, она выпила нѣсколько капель опіума.
Часы на каминѣ пробили три четверти четвертаго, когда миледи вдругъ проснулась. На лбу ея выступилъ холодный потъ. Ей снилось, что весь домъ стучался у ея дверей, чтобы передать ей извѣстіе о страшномъ пожарѣ, бывшемъ въ прошлую ночь.
Все было, однако, тихо; только слышался шелестъ листьевъ извнѣ и звукъ часовъ на каминѣ.