-- Что съ тобой, Лука, душа моя? спросила она нѣжно.-- Еще рано принимать микстуру. Мистеръ Доснъ приказалъ дать тебѣ ее черезъ два часа послѣ его ухода, а теперь нѣтъ еще и часу.
-- Кто же говоритъ, что пора? съ нетерпѣніемъ закричалъ мистеръ Марксъ.-- Я хотѣлъ у тебя что-то спросить, матушка. Помнишь ты седьмое сентября прошлаго года?
Робертъ вздрогнулъ и взглянулъ на больнаго. "Зачѣмъ" подумалъ онъ: "припоминаетъ Лука день смерти Джорджа?" Старуха покачала головой; видно было, что она совершенно растерялась.
-- Боже милостивый! какъ можешь ты у меня спрашивать такія вещи. Вотъ ужь восемь или девять лѣтъ, какъ моя память совершенно мнѣ измѣняетъ, а я никогда не была мастерица запоминать дни и числа.
Лука Марксъ нетерпѣливо пожалъ плечами.
-- Такъ-то ты исполняешь, что тебя просятъ! сказалъ онъ обидчиво.-- Не говорилъ я тебѣ развѣ, помни этотъ день? Не говорилъ я тебѣ, что можетъ придти время, когда тебя потребуютъ въ свидѣтели объ этомъ дѣлѣ и заставятъ клясться на библіи? Не говорилъ я тебѣ всего этого?
Старуха безсознательно мотала головой.
-- Коли ты говоришь, такъ вѣрно -- правда, сказала она съ улыбкой: -- только я не могу припомнить, дружочекъ мой. Вотъ уже девять лѣтъ, какъ моя память отказывается мнѣ служить, прибавила она, обращаясь къ Роберту.
Мистеръ Одлей положилъ свою руку на плечо больному.
-- Марксъ, сказалъ онъ:-- повторяю, что вамъ нечего безпокоиться объ этомъ. Я у васъ ничего не спрашиваю и не хочу ничего знать.