XIII.
Тревожные сны.
Робертъ Одлей уѣхалъ изъ Соутгэмптона въ дилижансѣ и вошелъ въ свою квартиру въ то время, когда холодная и сѣренькая утренняя заря начинала пробиваться въ одинокія его комнаты, и канарейки, разбуженныя свѣтомъ, встряхивали свои перья.
Въ ящикѣ, за дверьми, было нѣсколько писемъ, но ни одно изъ нихъ не было отъ Джорджа Толбойза.
Молодой адвокатъ усталъ послѣ дня, проведеннаго имъ въ поѣздкахъ. Обычная, лѣнивая монотонность его жизни была прервана, чего никогда не бывало впродолженіе двадцати-восьми спокойныхъ и безпечныхъ лѣтъ. Онъ уже начиналъ сбиваться насчетъ времени, истекшаго послѣ исчезновенія друга. Ему казалось, что цѣлые мѣсяцы прошли съ тѣхъ поръ, какъ онъ потерялъ изъ виду Джорджа Толбойза. Такъ трудно было повѣрить, что молодой человѣкъ всего сорокъ-восемь часовъ тому назадъ оставилъ его спящимъ на берегу рѣки.
Глаза его однако слипались отъ недостатка сна. Онъ обыскалъ комнаты, оглядывая всѣ возможные и невозможные углы и закоулки, въ надеждѣ найти письмо отъ Джорджа Толбойза и, наконецъ, какъ былъ, не раздѣваясь, бросился на кровать своего друга.
-- Я дождусь завтрашней утренней почты, сказалъ онъ: -- и если съ нею не получу письма отъ Джорджа Толбойза, я, не теряя времени, отправлюсь въ Ливерпуль.
Онъ совершенно утомился и крѣпко уснулъ, но вскорѣ его стали безпокоить непріятные сны, утомлявшіе его не своими ужасами, а неопредѣленнымъ и тяжелымъ сознаніемъ ихъ безсмысленности и нелѣности.
Въ одно время онъ преслѣдовалъ странныхъ людей и заходилъ въ странные дома, стараясь разгадать тайну телеграфнческой депеши; въ слѣдующую минуту онъ былъ на кладбищѣ въ Уентнорѣ и пристально осматривалъ надгробный камень, заказанный Джорджемъ для могилы его умершей жены. Однажды, послѣ продолжительнаго хаоса сновидѣній, онъ очутился снова у могилы, и, замѣтивъ отсутствіе надгробнаго камня, принялся-было бранить каненьщика, но тотъ ему объявилъ, что доска прибрана вслѣдствіе причины, которую Робертъ узнаетъ современемъ.
Сонъ его прерванъ былъ ударами въ наружную дверь его квартиры.