-- Что за странное вы созданіе, мистеръ Одлей! Знаете ли, вы меня порою совершенно озадачиваете.
-- Точно такъ же, какъ вы меня.
Миледи отложила въ сторону свои краски и альбомъ и, помѣстившись въ углубленіи другаго окна, подальше отъ Роберта, принялась вышивать въ пяльцахъ.
Вся комната отдѣляла теперь миледи отъ мистера Одлей, и такъ-какъ она сидѣла въ амбразурѣ окна, то Робертъ только изрѣдка могъ видѣть ея прелестное личико, окаймленное вѣнцемъ золотистыхъ кудрей.
Уже цѣлую недѣлю пробылъ Робертъ въ Одлей-Кортѣ, а ни онъ, ни леди Одлей не произнесли еще ни разу имени Джорджа Толбойза.
Но въ это утро, миледи, истощивъ всѣ обыкновенные предметы разговора, освѣдомилась о другѣ своего племянника.-- Этотъ, какъ его, Джорджъ... Джорджъ... начала она, какъ бы стараясь припомнить.
-- Толбойзъ, подговорилъ Робертъ.
-- Да, да, мистеръ Джорджъ Толбойзъ. Довольно странное имя, между прочимъ, да и странная же должна быть личность, судя по всему, что объ немъ слышно. Давно ли вы его видѣли?
-- Я не видалъ его съ 7-го сентября, когда онъ оставилъ меня, спящаго, на лугу по ту сторону деревни.
-- Скажите, пожалуйста! воскликнула миледи.-- Но что за чудакъ долженъ быть этотъ мистеръ Джорджъ Толбойзъ! Разскажите, пожалуйста, что же вы сдѣлали?