Сэръ Майкль на это отвѣчалъ: "Живи, мальчикъ, у насъ, сколько хочешь. У меня сына нѣтъ и я тебя, Бобъ, считаю за сына. Умѣй понравиться Люси и живи себѣ хоть всю жизнь въ Одлей-Кортѣ".
Робертъ въ отвѣтъ съ жаромъ пожималъ руку дядѣ и начиналъ распѣвать про "веселаго стараго принца". Онъ часто такъ называлъ сэра Майкля, но иногда въ его голосѣ слышалась какая-то грусть. Эта же грусть виднѣлась на его лицѣ, когда часто, сидя въ уголку, онъ смотрѣлъ пристально на почтеннаго сѣдаго старика.
Прежде отъѣзда, сэръ Генри Тауерсъ имѣлъ объясненіе съ миссъ Алисою Одлей въ библіотекѣ. Смѣлый охотникъ высказалъ тутъ столько истиннаго, непритворнаго чувства, что Алиса едва могла дрожащимъ голосомъ отвѣтить ему, что она всегда будетъ его уважать за его благородство и честность, но онъ никогда, никогда не долженъ просить у ней болѣе этого уваженія.
Сэръ Генри вышелъ изъ библіотеки чрезъ открытое окно и сталъ ходить взадъ и впередъ по той липовой аллеѣ, которую Джорджъ Толбойзъ сравнилъ съ аллеею на кладбищѣ. И тутъ-то, подъ этими деревьями, произошла страшная борьба въ сердцѣ молодаго человѣка.
-- Дуракъ я, что принимаю это такъ къ сердцу! воскликнулъ онъ наконецъ, топая ногою о мерзлую землю.-- Я всегда зналъ, что такъ кончится; я всегда зналъ, что она слишкомъ для меня хороша. Да благословитъ ее Богъ! Какъ нѣжно и благородно она мнѣ отвѣчала; какъ хороша она была въ эту минуту; румянецъ игралъ на ея смуглыхъ щекахъ и слезы дрожали въ ея глазахъ. Она почти была такъ же хороша, какъ въ тотъ день, когда, перепрыгнувъ черезъ канаву, она потеряла перо съ своей шляпы и позволила его воткнуть. Ну, Богъ съ ней! Я могу все перенести, только бы она не любила низкаго адвокатишку. Вотъ этого я бы перенести не могъ.
Низкій адвокатишка, или мистеръ Робертъ Одлей, въ это время стоялъ въ столовой и разсматривалъ карту Англіи. Мимо него должна была пройти Алиса съ покраснѣвшими отъ слезъ глазами, послѣ своего объясненія съ смѣлымъ охотникомъ.
Робертъ по своей близорукости совершенно наклонился надъ картой и не замѣтилъ, когда въ комнату вошла Алиса.
-- Ну, да, воскликнулъ онъ:-- Норвичъ въ Норфолькѣ, а дуракъ Винцентъ увѣрялъ, что въ Герсфордширѣ. А, это ты, Алиса? И онъ, обернувшись, загородилъ ей дорогу на лѣстницу.
-- Да, отвѣчала его кузина, стараясь обойти его.
-- Алиса, ты плакала?