Бауэр напрасно ломал свою благородную голову. Ответы либо ускользали совсем, либо являлись какие-то чересчур несуразные.
2
Да, княгиня Туманова знала хорошие времена. Была молодость, красота. Был любящий и любимый муж блестящий офицер, были средства. Был единственный сын, которому княгиня отдала всю свою душу. Был... Он и теперь есть. Но все равно, как если бы умер...
Где он теперь, этот несчастный мальчик?
Гриша учился в правоведении. Отец и мать баловали его. Он много тратил. И когда, чуть не плача, доказывал, что ему до зареза нужны пятьдесят рублей, потому что кружок товарищей собирается ужинать у "Медведя" и его отсутствие показалось бы "неудобным" и даже постыдным, Гриша всегда получал требуемую сумму.
Окончил он училище с грехом пополам. Отец, с помощью своих связей, определил его в один из тех элегантных департаментов, куда трудно попасть, но где мало платят. Первый год он служил совсем без жалованья, а на второй -- получал пятьдесят рублей в месяц. К этому времени умер отец от удара и к этому времени Гриша, записавшийся в балетоманы, познакомился с танцовщицей Николаевой.
Маленькая, грациозная, хрупкая, с глазами подстреленной лани, она рисовалась тем, что не любит шампанского, и всегда на балетных обедах в свой бокал с золотистым искрящимся вином ставила цветы, говоря:
-- Единственное употребление, которое я делаю из шампанского!
Это находили оригинальным.
Равнодушная к "благородному напитку", Николаева была далеко не равнодушна к бриллиантам. Прежде всех узнал это Гриша Туманов. И весьма ощутительно узнал. Бриллианты молодой танцовщицы дорого обходились княгине Настасье Андреевне. Да и не только одни бриллианты. Гриша гордился ролью покровителя делающей себе имя артистки. Эта завидная роль требовала денег, денег и денег.