-- Рѣдко, отвѣчалъ Юба Биль рѣзкимъ тономъ.
-- Такъ въ этомъ чемоданѣ находятся какія-нибудь особыя драгоцѣнности?
-- Не знаю, онъ принадлежитъ человѣку, у котораго вы отняли мѣсто на коэлахъ, произнесъ Юба Биль, нарочно выставляя Вайльса въ качествѣ узурпатора: -- а вамъ до этого какое дѣло? Кто здѣсь хозяинъ? Можетъ быть, вы себя считаете хозяиномъ, потому что торчите на козлахъ и пугаете своимъ страшнымъ глазомъ лошадей!
Тутъ вмѣшался снова Тотчеръ, вѣчный защитникъ угнетенныхъ, и принудилъ замолчать расходившагося возницу.
На четвертый день путешествія, разразилась страшная мятель въ необозримой пустынѣ, простиравшейся, по крайней мѣрѣ, на 100 миль. Лошади съ трудомъ дотащились до слѣдующей станціи и тамъ совершенно отказались идти далѣе. Нѣкоторые изъ пассажировъ хотѣли продолжать путешествіе на саняхъ, другіе предлагали переждать непогоду. Юба Биль совѣтовалъ ѣхать далѣе въ дилижансѣ, не боясь ничего.
-- Еще двѣ мили, говорилъ онъ:-- и мы достигнемъ плоской возвышенности, на которой вѣтеръ такъ великъ, что сдуетъ каждую снѣжинку. Я провезу васъ черезъ эту мятель гораздо благополучнѣе, чѣмъ плоскодонныя лодки, которыя снѣгъ можетъ занести на каждомъ шагу.
Юба Биль питалъ къ санямъ презрѣніе истаго калифорнійца, но только одинъ Тотчеръ пламенно поддерживалъ его, инстинктивно надѣясь на его опытность.
-- Ну, рѣшайтесь! воскликнулъ, наконецъ, возница, разрубая гордіевъ узелъ:-- кто хочетъ остаться -- оставайся; кто хочетъ ѣхать въ саняхъ -- бери сани въ сараѣ; кто хочетъ продолжать путь со мною -- садись въ дилижансъ.
Вайльсъ выбралъ сани и нанялъ себѣ особаго возницу; нѣсколько пассажировъ предпочли ждать слѣдующаго дилижанса, а Тотчеръ, съ двумя другими спутниками, рѣшился сопровождать Юбу Биля.
-- Желаю вамъ счастливаго пути, сказалъ Вайльсъ, уѣзжая въ саняхъ, пока Биль перекладывалъ лошадей въ дилижансъ.