Первой мыслью Джонни было, что учитель убилъ дядю Бена или Мастерса, и что эти люди, пользуясь отсутствіемъ его старшаго брата, Руперта, собираются казнить учителя судомъ Линча.. Замѣтивъ, однако, что учитель не сопротивляется, онъ подумалъ, что его выбрали губернаторомъ Калифорніи, и онъ готовится отъѣхать со свитой изъ школьнаго дома, и что онъ, Джонни, попалъ какъ разъ во-время, чтобы видѣть процессію.
Но когда учитель появился съ Макъ-Кинстри, сопровождаемый пѣшими партизанами, смѣтливое дитя порубежной страны, изъ своего безопаснаго убѣжища въ кустахъ, поймавъ на лету нѣсколько словъ, поняло, въ чемъ дѣло, и затрепетало отъ восторга.
Дуэль! Вещь, на которой до сихъ поръ присутствовали только взрослые люди и которую впервые доводилось увидѣть мальчику, и этотъ мальчикъ -- онъ самъ -- Джонни! Дуэль, послѣ которой въ живыхъ останется, быть можетъ, только онъ одинъ! Онъ едва вѣрилъ своему благополучію. Нѣтъ, это слишкомъ, слишкомъ большое счастье!
Пробраться сквозь кусты вслѣдъ за партіей, избрать серебристый тополь и вскарабкаться при помощи топорика до верхнихъ вѣтвей -- было труднымъ дѣломъ, но сильныя, хотя и нѣжныя ножки мальчика, справились съ нимъ. Отсюда онъ могъ не только видѣть все, что происходило, но по счастливой случайности большая сосна, росшая около него, была выбрана пограничнымъ пунктомъ поля битвы. Острые глаза ребенка давно уже разсмотрѣли сквозь маски настоящія лица, и когда длинная, худая фигура самоизбраннаго секунданта учителя заняла позицію посреди сосенъ, на виду у Джонни, хотя и полускрытая отъ зрителей, Джонни немедленно узналъ, что это никто иной, какъ Сетъ Девисъ.
Очевидная несообразность появленія его въ качествѣ секунданта м-ра Форда послѣ того, что Джонни зналъ объ его отношеніяхъ къ учителю, была единственнымъ, крѣпко запечатлѣвшимся въ памяти мальчика, инцидентомъ.
Мужчины заняли свои позиціи. Гаррисонъ выступилъ впередъ подать сигналъ. Джонни весь затрепеталъ отъ ожиданія и волненія. Почему они не начинаютъ? Чего они еще ждутъ?
Но при словѣ "два" вниманіе Джонни было внезапно привлечено удивительнымъ фактомъ: секундантъ учителя, Сетъ Девисъ, тоже вытащилъ пистолетъ и изъ-за дерева рѣшительно и твердо прицѣлился въ Макъ-Кинстри! Джонни все понялъ. Сетъ былъ другомъ учителя! Ура, Сетъ!
-- Три!
Крахъ! Крахъ! какой забавный шумъ! И, однако, ему пришлось уцѣпиться за вѣтку, чтобы не упасть. Шумъ какъ будто пронесся по немъ и омертвилъ его лѣвую ногу. Онъ не зналъ, что пуля учителя, который выстрѣлилъ въ воздухъ, задѣла и оцарапала его ногу!
У него голова закружилась, и онъ испугался. И при этомъ онъ не видѣлъ, чтобы кто-нибудь былъ убитъ. Все оказалось обманомъ. Сетъ исчезъ, исчезли и другіе. Слышался слабый звукъ голосовъ вдали -- вотъ и все. Становилось темно, а его нога точно застыла, но была тепла и мокра. Онъ спустился съ дерева. Трудно это было, нога его не слушалась, и еслибы не топорикъ, на который онъ опирался, онъ бы непремѣнно свалился съ дерева. Когда онъ добрался до земли, то почувствовалъ, что нога заболѣла и, поглядѣвъ на нее, увидѣлъ, что чулокъ и башмакъ запачканы кровью. Маленькаго и грязнаго носоваго платка оказалось недостаточнымъ, чтобы остановить кровь. Смутно припоминая, что отецъ прикладывалъ къ больной шеѣ какія-то травы, онъ набралъ мягкаго мху и сухихъ листьевъ и при помощи фартука и одной изъ подтяжекъ туго обмоталъ всю груду вокругъ ноги и устроилъ такую колоссальную перевязку, что еле могъ двигаться. Въ сущности, какъ всѣ почти дѣти съ сильно развитымъ воображеніемъ, онъ самъ слегка испугался своихъ тревожныхъ предосторожностей.