-- Но я отвѣтственъ передъ родителями, а не передъ учениками за дисциплину моей школы, отвѣчалъ молодой человѣкъ не безъ рѣзкости. Я думалъ, что мой долгъ узнать, какъ вы объ этомъ думаете.
-- Такъ, такъ. Въ такомъ случаѣ поговорите съ Гирамомъ. Помолвка съ Сетомъ Дависомъ была ея дѣломъ и отцовскимъ, а не моимъ. Я тутъ не при чемъ. Полагаю, что Гирамъ, само собой, объяснитъ это дѣло вамъ и всѣмъ знакомымъ, которые будутъ наводить справки.
-- Но я надѣюсь, что вы понимаете, сказалъ учитель, слегка обидясь за такую небрежность, что я-то спрашиваю о томъ, будетъ ли ваша дочь ходить аккуратно въ школу, потому что мнѣ надо расположить занятія болѣе пригоднымъ для ея лѣтъ образомъ. Я бы даже позволилъ себѣ вамъ замѣтить, что, быть можетъ, лучше было бы отдать ее въ пансіонъ для молодыхъ дѣвицъ...
-- Такъ, такъ, перебила опять м-съ Макъ-Кинстри, поговорите объ этомъ съ Гирамомъ. Онъ долженъ бы уже вернуться домой. Не понимаю, что его задержало.
Глаза ея, какъ бы противъ воли и съ озабоченнымъ выраженіемъ, опять устремились въ уголъ, гдѣ стояла винтовка мужа. Вдругъ она закричала, точно забывъ о присутствіи м-ра Форда.
-- Эй! Кресси!
-- Эй! мама!
Отвѣтъ шелъ изъ сосѣдняго покоя. И минуту спустя Кресси появилась въ дверяхъ съ странной, полувызывающей миной, которую учитель могъ объяснить себѣ только тѣмъ, что она подслушивала у дверей. Она успѣла перемѣнить нарядное платье на простое домашнее изъ синей грубой ткани, но ея граціозная фигурка еще отчетливѣе обрисовывалась въ немъ. Кивнувъ головой учителю, она бросила ему:-- Какъ поживаете? и повернулась къ матери.
-- Кресси, сказала та, отецъ ушелъ и оставилъ здѣсь свою винтовку, будь такъ добра, снеси ее ему въ лѣсъ, прежде чѣмъ онъ пойдетъ на пограничную межу. Да кстати скажи ему, что учитель его дожидается.
-- Позвольте, сказалъ учитель, когда молодая дѣвушка безпечно пошла въ уголъ и взяла винтовку. Позвольте мнѣ снести ее. Мнѣ по дорогѣ черезъ лѣсъ въ школу, и я встрѣчу м-ра Макъ-Кинстри.