-- Извините, сэръ, онъ ничего такого не видѣлъ... это совсѣмъ не настоящая новость, сказалъ Рупертъ Фильджи, старшій братъ, вставая съ видомъ главы семейства и поглядѣвъ, сердито нахмуря брови, на Длсонни,-- это одна глупость съ его стороны; его надо бы за уши отодрать.
И увидя себя неожиданно на ногахъ, онъ тоже покраснѣлъ и торопливо прибавилъ: -- Джимми Снейдеръ... вотъ онъ, такъ, видѣлъ- н ѣ что, спросите его.
И усѣлся, чувствуя себя настоящимъ героемъ.
Глаза всѣхъ, включая и учителя, уставились на Джимми Снейдера. Но этотъ юный наблюдатель немедленно спряталъ голову и плечи въ пюпитръ и оставался тамъ, захлебываясь точно подъ водой. Двое или трое изъ ближайшихъ сосѣдей старались соединенными силами вытащить его снова на свѣтъ Божій. Учитель терпѣливо ждалъ. Джонни Фильджи воспользовался диверсіей и снова запищалъ тоненькимъ голоскомъ:-- Тигра принесла шесть... и опять спасовалъ.
-- Ну, Джимми, произнесъ учитель съ оттѣнкомъ повелительности въ голосѣ. Тутъ уже Джимми Снейдеръ поневолѣ вылѣзъ изъ пюпитра и, весь раскраснѣвшись, началъ разсказывать съ необыкновеннымъ паѳосомъ:-- видѣлъ чернаго медвѣдя; онъ вышелъ изъ Девисова лѣсу. Да прямо на меня и пошелъ! Большой! большой!.. съ лошадь!.. и сопитъ, и фыркаетъ!.. и все на меня, такъ прямехонько и претъ! Думалъ, что сцапаетъ меня! Не сцапалъ! Я кинулъ въ него большущимъ камнемъ, право, кинулъ (въ отвѣтъ на восклицанія и насмѣшливые комментаріи), и онъ удралъ! Еслибы онъ подошелъ ближе, я бы хватилъ его аспидной доской, право-слово, хватилъ бы!
Тутъ учитель нашелъ нужнымъ вмѣшаться и замѣтить, серьезнымъ тономъ, что обычай бить аспидной доской медвѣдей величиной съ лошадь одинаково опасенъ для доски (которая составляетъ собственность округа Туоломни) и для того, кто бьетъ, а глаголы: "сцапать", "удрать" и "хватить" очень вульгарны и не употребляются джентльменами.
Послѣ такого внушенія Джимми Снейдеръ сѣлъ на мѣсто, нисколько не поколебавшись въ вѣрѣ въ собственную храбрость.
Послѣ того наступила небольшая пауза -- юный Фильджи, воспользовавшись ею, пропищалъ-было:-- Тигра принесла... но вниманіе учителя было привлечено пытливыми взглядами Октавіи Денъ, одиннадцати-лѣтней дѣвочки, которая по обычаю своего пола предпочитала, чтобы ее замѣтили, прежде нежели она заговоритъ. Когда ей удалось привлечь взглядъ учителя, она отбросила привычнымъ ловкимъ жестомъ длинные волосы съ плечъ, встала и съ легкимъ румянцемъ проговорила:
-- Кресси Макъ-Кинстри вернулась домой изъ Сакраменто. М-съ Макъ-Кинстри говорила мамѣ, что она опять будетъ ходить въ школу.
Учитель поднялъ голову съ поспѣшностью, быть можетъ, не совмѣстной съ его цинической суровостью. Видя, что дѣвочка съ любопытствомъ слѣдитъ за нимъ съ выжидающей улыбкой, онъ пожалѣлъ, что поторопился. Кресси Макъ-Кинстри, которой уже было шестнадцать лѣтъ, состояла въ числѣ ученищъ, которыхъ онъ нашелъ въ школѣ, когда сюда пріѣхалъ. Но онъ нашелъ также, что она находится въ необыкновенно странномъ для школьницы положеніи, а именно считается "помолвленной" съ нѣкимъ Сетомъ Девисомъ, девятнадцати-лѣтнимъ ученикомъ, при чемъ послѣдній совсѣмъ безцеремонно ухаживаетъ за дамой своего сердца, находясь въ школѣ, и это съ позволенія бывшаго учителя, его предшественника! Новый учитель вынужденъ былъ указать родителямъ влюбленной четы на неудобныя послѣдствія такого порядка вещей для школьной дисциплины. Результатомъ было то, что онъ лишился двоихъ изъ своихъ учениковъ, а можетъ быть съ тѣмъ вмѣстѣ и благоволенія ихъ родителей.