Учитель ничего больше не сказалъ. И дѣйствительно прошли два-три дня, и ничто не показывало, чтобы Сетъ разболталъ, какъ было дѣло.
Тѣмъ не менѣе м-ръ Фордъ былъ далеко недоволенъ исходомъ своего приключенія. Его отношенія къ Кресси стали извѣстны ея матери и хотя она больше не намекала на нихъ, но, по всей вѣроятности, предупредила мужа. Со всѣмъ тѣмъ онъ замѣтилъ съ необъяснимымъ чувствомъ довольства, что она относилась къ своему открытію съ презрительнымъ равнодушіемъ. Что касается самого Макъ-Кинстри, съ его слѣпою любовью къ Кресси, то м-ръ Фордъ былъ того мнѣнія, что отецъ не будетъ противъ, чтобы дочь его вышла замужъ за учителя, къ чему собственно говоря теперь все и клонилось. Но тутъ ему приходилось обсудить то, отъ чего онъ всегда мысленно отворачивался: результаты ихъ сближенія. До сихъ поръ они жили пріятнымъ настоящимъ и не составляли никакихъ дальнѣйшихъ плановъ, кромѣ ближайшаго rendezvous. Въ таинственномъ и внезапномъ интересѣ ихъ другъ къ другу не только прошлое, но даже и будущее казалось забыто.
Всѣ эти мысли проносились у него въ головѣ за урокомъ и лишали того спокойствія, которое такъ цѣнилъ въ немъ
Макъ-Кинстри и дядя Бенъ. Дядя Бенъ не пришелъ на урокъ въ этотъ день; весьма возможно, что это случилось потому, что всѣ его поступки привлекали необычайное вниманіе теперь, когда всѣ узнали про его богатство. Учитель сидѣлъ въ одиночествѣ въ тѣ часы, когда занимался съ дядей Беномъ, и только птички прибѣгали воровать крошки, оставшіяся отъ завтрака дѣтей. Учитель жалѣлъ объ отсутствіи дяди Бена, ему хотѣлось разспросить его о вчерашней исторіи и объ его дальнѣйшихъ планахъ.
Учитель не былъ ни мало удивленъ отсутствіемъ Кресси въ это утро въ школѣ; онъ ожидалъ этого, и былъ даже этимъ доволенъ, такъ какъ въ его настоящемъ смутномъ настроеніи ея присутствіе было бы ему тягостно. Но ему вдругъ непріятно припомнилась та развязность, съ какой она бросила его въ критическую минуту въ сараѣ, и то равнодушіе, съ какимъ съ тѣхъ поръ не подавала признака интереса къ нему. Отчего она такъ равнодушна къ тому, что ихъ свиданіе было открыто матерью? отъ того ли, что она ожидала, что мать охотно примирится съ такимъ положеніемъ дѣла? Считала ли она себя уже его невѣстой? Можетъ быть, это даже входило въ ея разсчеты? Можетъ быть...?
Но тутъ онъ покраснѣлъ отъ досады на- свою подозрительность и отъ стыда, что способенъ питать такія подозрѣнія.
Раскрывъ свою конторку, онъ сталъ машинально прибирать въ ней бумаги и съ досадой замѣтилъ, что положилъ высохшій букетикъ Кресси въ пакетъ съ таинственными письмами, которыя перечитывалъ намедни. Въ эту минуту ему показалось, что кто-то заглянулъ въ комнату. Онъ всталъ, подошелъ къ двери и выглянулъ на дворъ, но никого не увидѣлъ. Тѣмъ не менѣе онъ не чувствовалъ себя больше въ безопасномъ одиночествѣ въ своемъ лѣсномъ школьномъ домикѣ, а потому съ досадой заперъ конторку и рѣшилъ идти домой.
Онъ недалеко прошелъ по тропинкѣ, какъ увидѣлъ Руперта Фильджи, а за нимъ въ нѣкоторомъ разстояніи плелся его братишка Джонни. При видѣ двухъ любимыхъ учениковъ, сердце м-ра Форда заныло отъ сознанія, что въ послѣднее время онъ нѣсколько забросилъ ихъ, отчасти, можетъ быть, потому, что возвышенное презрѣніе Руперта къ "глупымъ дѣвчонкамъ" уже не казалось ему такимъ забавнымъ, а можетъ быть и потому, что любопытство Джонни стѣсняло его. Какъ бы то ни было, онъ ускорилъ шагъ и, нагнавъ Руперта, положилъ по-старому фамильярно руку ему на плечо. Къ его удивленію, мальчикъ принялъ эти ласки, съ смущеніемъ и неловкостью поглядывая на Джонни. Внезапная мысль пронеслась въ головѣ м-ра Форда.
-- Вы не заглядывали сейчасъ ко мнѣ въ школу?
-- Нѣтъ, сэръ.