-- К вечерне Ерема зазвонил, -- точно невзначай выронил Игнат.
Старуха прошептала:
-- Господи... Господи...
Сидел Игнат на лавке, качался взад и вперед и думал теперь об Ереме, церковном стороже. Никогда раньше не служили в церкви вечерни, разве когда в канун церковного праздника, а за последние дни, как пошел по деревням голод да мор, и надумал о. Терентий служить вечерни.
Подумал Игнат и об о. Терентий. Такой же он старый и седой, как и Игнат. А знает о. Терентия давно: и сам был молод, и о. Терентий был еще весь черен с волос и голос имел куда заливной да громкий. Он же, о. Терентий, венчал и Игната с Маланьей, да и ребят всех выкрестил. Сорок лет священствует о. Терентий в их селе Березовом и сам совсем сельским человеком стал. Богу за всех молится, да и так-то, где можно, в обиду не даст своего березовского мужика.
Вон и в прошлый понедельник так же вдруг зазвонили к вечерне. Пожалуй, и испугался народ и порадовался, мол, не манифест ли какой царский читать будут в церкви. Лет пять-шесть назад этак же вдруг зазвонили к вечерне, и прочитал о. Терентий царскую грамоту... Пошел народ в церковь: старики да старухи, а о. Терентий служит вечерню да и молится: "Отжени, Господи, глад, мор да болезни разныя!.. Услышь, Господи, молитву рабов твоих!.."
Пошел к вечерне и Игнат, помолился... Пусто было в церкви: так кое-где светились свечечки, стояли старики да старухи. А о. Терентий служил в белой ризе. А потом созвал всех стариков да старух ближе к алтарю да и говорит:
-- Помолимся Господу Богу!.. Упросим у него милости и прощения! Ниспосли, Господи, благодать дому сему... отжени супостата. Огради, Господи, от глада, мора и людской злобы...
И усердно молился батюшка Богу, и старики и старухи молились.
А потом и говорит: