влюблялася в обманы
И Ричардсона и Руссо.
Но она чужда странностей Татьяны, которая "в семье своей родной казалась девочкой чужой". С книгой в руках, Машенька целый день проводит в поле, окружена дворовыми собаками, говорит о погоде нараспев, с чувством потчует вареньем. Кажется, Пушкин в Машеньке хотел изобразить "уездную барышню" без той идеализации, которую придал своему "милому идеалу".
Подруга Лизы, Саша, отдаленно напоминает Ольгу Ларину, только с детства перенесенную в Петербург в круг "большого света". Ее единственное достоинство, отличающее ее от "простодушной" Ольги, -- злое остроумие, которое она охотно изливает в "эпиграммах сердца", т. е. в злословии обо всех знакомых. Это не мешает ей быть, подобно Ольге, всегда "веселой, как утро". На жизнь она смотрит поверхностно и мужчин оценивает с точки зрения брака, разбирая, насколько выгоден тот или другой жених, Лизе она дает добрый совет "завлечь далеко" Владимира Z*, так как после этого она могла бы жить на Английской набережной и давать вечера по субботам. Когда Лиза поверяет ей, наконец, тайну своей любви и истинную причину своего отъезда из Петербурга, Саша отвечает ей, искренно не понимая глубины ее чувства: "Ты имеешь дар смотреть на вещи бог знает с какой стороны".
Очень бледно намечены два других женских облика, которым, повидимому, назначалась важная роль в двух начатых повестях. Первая-- это дочь Томской ("В одно из первых чисел апреля"), о которой сказано только: "девушка лет восемнадцати, стройная и высокая, с бледным прекрасным лицом и черными глазами". Вторая -- дочь Каролины Ивановны ("В 179* году возвращался я..."): "осьмнадцать лет, круглое румяное лицо, темные узенькие брови, свежий ротик и голубые глазки..." Едва ли мы ошибемся, предположив в этих двух девушках два новых воплощения любимейших женских типов Пушкина: Татьяны и Ольги.
Среди типов мужчин особенно внимательно вырисован Пушкиным образ Минского ("Гости съезжались на дачу"). Он также принадлежит к числу новых людей, как Вольская, как Зинаида**. Он так же, как они, как раньше его Онегин, "условий света свергнул бремя". Но в то время как женщинами руководят при этом страсти, Минский умеет подчинить их холодному рассудку. "В первой молодости, -- говорит Пушкин,-- Минский порочным своим поведением заслужил порицание света, который наказал его клеветою... Усмиренный опытами, явился он вновь на сцену общества и принес ему уже не пылкость неосторожной своей юности, но снисходительность и благопристойность эгоизма. Со всем тем, уважая вообще, он не щадил его в особенности, и каждого члена его готов был принести в жертву своему злопамятному самолюбию".
Эта характеристика пополняется еще описанием того, как Минский держал себя с Вольской. "Он подстрекал ее одобрениями и советами". Он "сделался ее наперсником" и язвительно остерегал ее против всех, кто занимал ее воображение. Он хладнокровно обдумывал свою победу, готовил в Вольской себе лишнюю любовницу. Получив письмо Вольской, Минский являет все признаки недовольства. Он сам вовсе не увлечен Вольской и неохотно пожертвовал бы своим спокойствием даже ради тщеславия... Минский никого не любит, всех презирает; в душе он поставил себя не только выше "условий света", но, может быть, и выше условий морали, и чувствует свое превосходство над всеми. Минский -- прототип будущего Печорина.
Если в Минском Пушкин хотел изобразить "современного человека"
С его безнравственной душой,
Себялюбивой и сухой,