то во Владимире Z* ("Роман в письмах") он искал тип человека среднего, не слишком дурного, не слишком хорошего, не слишком "нового", не слишком старозаветного, в общем, что называется, "доброго малого". Пушкин уделил Владимиру некоторые свои мысли, заставил его смеяться над уцелевшими в деревне Простаковыми и Скотиниными, но выставил на вид и всю его .мелочность. С чрезмерной живостью Владимир чувствует укол, когда его друг намекает ему, что он отстал от века, от моды. Владимир искренно увлечен Лизой, ради нее бросил Петербург, но в то же время заводит роман с Машенькой. Весь характер Владимира основан на поверхностном отношении к жизни, которое порою становится преступным. К какой бы развязке ни повел Пушкин свой "Роман в письмах", ясно, что Владимиру он мог предсказать только тот "обыкновенный удел", которого так боялся для Ленского:
В деревне, счастлив и рогат,
Носил бы стеганый халат...
Подагру б в сорок лет имел,
Пил, ел, скучал, толстел, хирел...
Незатейливым юношей, истинным сыном своего века изображен Валерьян Володский, или, по другому варианту, Алексей Высоцкий ("В Коломне на углу"). Если ни Минского, при всем его презрении к людям, ни Владимира, при всей его беспечности, Пушкин не освободил от боязни "общественного мнения", на которой будто бы "вертится мир", то в Валерьяне он изобразил эту боязнь в карикатуре. Валерьян жалуется, что не зван к князю Горецкому. "А тебе очень хотелось быть на его бале?" -- спрашивает Зинаида. -- "Нимало. Чорт его побери с его балом! Но если зовет весь город, то должен звать и меня". Немного дальше, на вопрос, кого называть аристократами, он отвечает; "Тех, которые протягивают руку графине Фуфлыгиной"... -- А кто такая графиня? -- "Взяточница, толстая, наглая дура". В этом диалоге Пушкин приближается к шаржу, хотя заботливость Валерьяна о том, что скажут, должна была составлять главную пружину романа. Именно эта заботливость заставила его, ненавидевшего всякие обязанности, выше всего ценившего "себялюбивую независимость", -- согласиться на открытую связь с Зинаидой и выполнять свою должность любовника "как занятие должностное".
Автобиографические черты явно видны в женихе Наденьки ("Участь моя решена"). Пушкин писал этот отрывок в те дни, когда сам был женихом Гончаровой. Но, конечно, герой отрывка лишь настолько Пушкин, насколько можно у Пушкина отнять его гений, его поэтический дар. Подобно Володскому, этот герой выше всего ценит свою независимость, "свою беспечную, прихотливую независимость", под которой он разумеет и уединение, и право на непостоянство, и возможность читать за обедом новый роман Купера или Вальтера-Скотта, а вечер проводить "в мужском обществе". Можно напомнить, что и от своего лица высказывал Пушкин сродные идеалы.
Никому
Отчета не давать; себе лишь самому
Служить и угождать...