Не прошло и четверти часа послѣ удаленія коммиссара, и Адріенъ де-Куртомеръ продолжалъ еще тревожно расхаживать по своему судейскому кабинету, какъ вошелъ Жюльенъ де-Кальпренедъ, подъ конвоемъ жандарма.
Неожидавшій его такъ скоро, судья остановился въ нѣкоторомъ смущеніи, но затѣмъ поспѣшно направился къ-своему судейскому креслу. Только засѣдая на этомъ креслѣ, являлся онъ по закону слѣдователемъ уголовнаго преступленія, а именно таковымъ, во всѣхъ прерогативахъ слѣдственнаго судьи, считалъ онъ нужнымъ предстать передъ Жюльеномъ.
Но обвиняемый не далъ ему времени дойдти до кресла, онъ самъ подбѣжалъ къ нему са. пылающимъ взглядомъ, и быстро проговорилъ:
-- А, это ьы господинъ де-Куртомеръ! Не ожидалъ, чтобы вы, зная меня, все-таки привели, или, лучше сказать, притащили силой сюда съ помощію вашихъ жандармовъ, точно дѣйствительнаго вора!
Адріенъ уже вполнѣ овладѣлъ собою, покойно усѣлся онъ на завѣтное кресло, и также покойно показалъ Жюльену на стулъ, стоявшій по другую сторону судейскаго стола.
-- Скажите, по вашему ли приказанію надѣли на меня ручныя цѣпи, чтобы привести изъ тюрьмы въ вашъ кабинетъ?
-- Нѣтъ, не по коему, спокойно отвѣтилъ Адріенъ де-Куртомеръ; это общая мѣра, принимаемая противъ всѣхъ обвиняемыхъ, чтобы они не могли скрыться, пока проходятъ дворомъ, куда допускается и публика.
-- Прекрасно... Стало быть я могъ бы встрѣтить тамъ знакомыхъ отца моего и друзей вашей тетушки маркизы де-Вервень... но къ сожалѣнью не могъ бы соообщить имъ, что меня ведутъ къ г. де-Куртомеру, ибо мнѣ никакъ не приходило гь голову, чтобы вы рѣшились взять на себя слѣдствіе по обвиненію меня
-- Меня на него назначили, и я долженъ исполнить мою обязанность, какъ бы ни была она тяжела.
-- Не маркиза ли де-Вервень посовѣтовала вамъ принять ее на себя?-- съ горечью спросилъ Жюльенъ.