-- О, это очень просто. Онъ, должно быть, какъ всѣ скупые маніаки, собираетъ и хранитъ у себя дорогіе камни, золото и всякія драгоцѣнности. Конечно, онъ имѣлъ уже эту манію, когда жилъ въ нашей квартирѣ.. А лунатики дѣлаютъ во время своего сна все то же, что привыкли дѣлать бодрствуя, съ тою только разницею, что во снѣ они дѣйствуютъ безъ сознанія. Такимъ образомъ, онъ и опаловое ожерелье принесъ въ вамъ и положилъ туда, гдѣ вы его нашли.
-- Въ низенькій шкафчикъ возлѣ двери, ведущей въ мою комнату.
-- Вѣроятно и у него есть шкафчикъ, подобный вашему. Онъ и думалъ, что прячетъ въ него ожерелье. Можетъ быть, онъ пришелъ сегодня взять его назадъ и не нашолъ.
-- Но онъ долженъ же знать, что подверженъ лунатизму.
-- Можетъ и не знать. Живетъ онъ одинъ, никого не принимаетъ по вечерамъ. Легко можете, быть, что его никто не видалъ въ такомъ состояніи.
-- Что будетъ, думаете вы, дѣлалъ этотъ человѣкъ въ кабинетѣ?
-- Вѣроятно, онъ съизнова продѣлаетъ то, что уже дѣлалъ. Дутрлезъ, видѣвшій его за дѣломъ, можетъ разсказать намъ, что тамъ происходило. Потомъ онъ будетъ стараться выйти... Слышите, вотъ онъ уже и старается.
Графа, вздрогнулъ; дѣйствительно, послышалось легкое царапанье по ту сторону двери.
-- Онъ пробуетъ отворить дверь, продолжалъ Жакъ, онъ нашелъ замокъ, но ключа не найдетъ и будетъ все вертѣться около двери, пока не проснется.
-- Позвольте, графъ, сообщить вамъ въ нѣсколькихъ словахъ, что и намѣренъ дѣлать, и затѣмъ ѣхать за приготовленнымъ мною свидѣтелемъ, единственнымъ вполнѣ безпристрастнымъ свидѣтелемъ, какого намъ нужно... чье свидѣтельство будетъ принято всѣми безъ возраженія.