-- Останьтесь, Роберѣ, сказала маркиза, бросая ему многозначительный взглядъ: намъ нужно еще докончить нашъ разговоръ. Я полагаю, что Адріенъ можетъ сказать то, что ему отъ меня нужно и при васъ.
-- Могу, тетушка, отвѣтилъ послѣ легкаго колебанья Адріенъ. Я желаю знать ваше мнѣнье...
-- Какъ и тебѣ оно понадобилось! проговорила маркиза. На счетъ чего же это?
-- На счетъ одного обстоятельства, меня нѣсколько смущающаго... Я былъ бы очень благодаренъ графу, еслибъ и онъ удостоилъ сказать мнѣ свое мнѣнье по этому предмету.
-- По какому предмету? спросилъ графъ, возвратившійся на свое мѣсто, возлѣ камина, и нѣсколько встревоженный словами Куртомера.
-- Черезъ четверть часа послѣ вашего отъѣзда, тетушка, началъ Адріенъ, ко мнѣ пріѣхалъ одинъ изъ моихъ товарищей по суду; пріѣхалъ не по дѣлу, а просто провести у насъ вечеръ, и вотъ, разговаривая о томъ о семъ, онъ сказалъ.... совершенно случайно.... что завтра утромъ мнѣ будетъ поручено слѣдствіе по одному дѣлу о кражѣ... Это дѣло...
-- Что же въ этомъ интереснаго для насъ? прервала маркиза, начиная въ свою очередь волноваться. Я ничего не понимаю въ твоихъ дѣлахъ, какъ ты это хорошо знаетъ, и мой другъ де-Кальпренедъ тоже не слѣдственный судья.
-- Но я, тетушка -- судья.... и...
-- Да, къ сожалѣнью, ты судья.. Это впрочемъ дѣло твое и давно между нами поконченное... А теперь пожалуйста, скажи яснѣе, чего тебѣ отъ насъ нужно?
-- Вы тотчасъ же меня поймете, когда узнаете, что воровство произошло въ одномъ изъ домовъ бульвара Гаусмана, именно въ томъ домѣ, гдѣ живетъ графъ.