-- Онъ не женатъ?
-- Нѣтъ.
-- Такъ что же онъ дѣлаетъ?
-- Вѣроятно, копить деньги и занятіе это, должно быть, нравится ему больше всякаго другаго, хотя...
-- Вы очень ошибаетесь господа, прервалъ разскащика блондинъ пріятной наружности, до сихъ поръ не говорившій ни слова:-- Матапанъ -- философъ, предпочитающій одиночество обществу глупцовъ, но онъ можете, быть пріятнымъ собесѣдникомъ съ тѣми, кто ему нравится.
-- Вы, вѣроятно, одинъ изъ нихъ, если вы такъ хорошо его знаете. Господа, обращаю ваше вниманіе на особенный талантъ Фальгера дѣлать ручными медвѣдей. Онъ единственный другъ Матапана. Держу пари, что онъ даже бывалъ у него!
-- Бывалъ и не разъ, отвѣчалъ Фальгера, высокій юноша съ симпатичнымъ лицомъ, человѣкъ со средствами и живописецъ отъ нечего дѣлать. Мы оба любимъ старинныя вещи, у него замѣчательная коллекція, которую онъ очень охотно показываете, любителямъ. Въ его настоящей, равно какъ и прошедшей жизни, увѣряю васъ, ничего нѣтъ таинственнаго. Онъ много путешествовалъ, много видѣлъ и разскащикъ онъ очень пріятный. Въ молодости онъ, кажется, былъ морякомъ, и, надо отдать ему справедливость, не избѣгаетъ своихъ старыхъ товарищей: сегодня я встрѣтилъ его на бульварѣ подъ руку съ кѣмъ то, имѣвшимъ видъ подгулявшаго матроса.
-- Не было ли на немъ плаща съ капюшономъ? спросилъ Куртомеръ.
-- Точно, былъ, онъ этимъ плащомъ и обратилъ на себя мое вниманье, пока я здоровался съ Матапаномъ.
-- Господа, вѣдь онъ то и есть мой набобъ, котораго мы будемъ выбирать въ члены на будущей недѣлѣ, сказалъ господинъ, начавшій этотъ разговоръ.