Можете представить удивление Князя, увидя, что на нем была подлинно шуба. Он верить не хотел, что я давно накинул ему шубу на плеча.
"То-то не понимал я, отчего мне так жарко было: мне казалось, что я нездоров, что у меня жар! -- повторял князь. -- Да это просто сокровище, а не шуба. Где ты ее выкопал?".
"Да я Вашей светлости уже докладывал, что шуба эта досталась мне после моего отца".
"Диковинная! Однако посмотри, она мне только по колено".
"Чему тут дивиться. Я ростом не велик, а отец мой был хотя и сильный мужчина, но головой ниже меня. Вы забываете. Что у Вашей светлости рост Геркулесов, что для всех людей шуба, то для Вас куртка".
Князя это очень позабавило. Он смеялся и хотел непременно узнать, какими судьбами досталась шуба эта моему отцу. Я рассказал ему всю историю: как шуба эта была послана из Сибири, как редкость Гетману Графу Разумовскому в царствование императрицы Елизаветы Петровны, как дорогою была украдена разбойником и продана Шаху Персидскому, который подарил ее моему отцу...
Князь удивился, что нет теперь таких шуб, но я объяснил ему, что был в Сибири мужик, который умел обделывать так искусно медвежьи меха, что они делались нежнее и легче соболиных, но мужик этот умер, не открывая никому своего секрета".
Чтобы пополнить характеристику Князя Цицианова, я расскажу теперь другой, также до него касающийся анекдот. Случилось, что в одном обществе какой-то помещик, слывший большим хозяином, рассказывал об огромном доходе, получаемом им от пчеловодства, так что доход этот превышал оброк, платимый ему всеми крестьянами, коих было с лишком сто в той деревне.
"Очень Вам верю, -- возразил Цицианов, -- но смею Вас уверить, что такого пчеловодства, как у нас в Грузии, не нигде в мире".
"Почему так, Ваше Сиятельство?".