Пизистратъ. Конечно; если не запретила вамъ этого какая-нибудь Синяя-Борода. Гдѣ она?
Бланшь. На верху, на лѣво.
Пизистратъ. Гдѣ эта дверь, куда спускаются двумя ступеньками, и которая всегда затворена.
Бланшь. Да. Сегодня она не затворена. Она немножко растворилась, и я только заглянула въ нее, но не хотѣла войдти, не спросивъ у васъ, можно-ли.
Пизистратъ. Это очень хорошо. Я не сомнѣваюсь, что тутъ жилище какого-нибудь духа, однакожь подъ покровительствомъ Джубы, я думаю, мы можемъ рѣшиться воидти.
Пизистратъ, Бланшь и Джуба поднимаются по лѣстницъ и исчезаютъ на лѣво, въ темномъ корридорѣ, въ сторону отъ жилыхъ комнатъ.
Мы подходимъ къ полукруглой двери, сдѣланной изъ дубовыхъ плотно-сбитыхъ досокъ, отворяемъ ее и видимъ лѣстницу винтомъ внизъ! эта комната надъ комнатой Роланда.
Насъ поразилъ запахъ сырости: комната, вѣроятно, была отворена для очищенія воздуха; вѣтеръ дуетъ въ открытыя окна и полѣно горитъ въ каминѣ. Въ цѣломъ -- здѣсь привлекательный, чарующій видъ, свойственный какому-нибудь издавна заброшенному чердаку, который, не знаю я и самъ почему, всегда такъ занимаетъ и уноситъ воображеніе молодости. Сколько сокровищъ подъ часъ лежитъ въ этихъ спокойныхъ сундукахъ и углахъ, которыми старшія поколѣнія пренебрегли, какъ бездѣлицами! Всѣ дѣти по природѣ антикваріи и любятъ рыться въ какой угодно старинѣ. Однако въ порядкѣ и точности вещей, расположенныхъ въ этой горницѣ, видѣнъ былъ намекъ на то, что изъ нея не хотѣли сдѣлать обыкновеннаго чердака: нигдѣ не было слѣда закоренѣлой старины и ржавчины, придающихъ какую-то таинственную занимательность вещамъ, оставленнымъ на разрушеніе.
Въ одномъ углу были наставлены ящики и походные сундуки, по видимому иностранные, съ буквами Р. Д. К., выбитыми мѣдными гвоздиками. Мы отошли отъ нихъ съ невольнымъ уваженіемъ и кликнули Джубу, который забрался за сундуки, преслѣдуя, вѣроятно, какую-нибудь воображаемую мышь. Въ другомъ углу было что-то такое, что я почелъ за колыбель, не англійскую, конечно: она была изъ дерева, похожаго на испанское розовое, съ небольшими колоннами по сторонамъ въ видѣ ограды. Я, можетъ-быть, и не призналъ бы въ этомъ колыбели, если бъ не было тутъ стеганаго одѣяльца и подушечекъ, указывавшихъ на назначеніе этой утвари. Надъ колыбелью были прислонены къ самой стѣнѣ разныя вещи, нѣкогда, быть можетъ, веселившія дѣтское сердце: сломанныя игрушки съ стертою краскою, маленькая сабля и труба, насколько разрозненныхъ книгъ, большею частію испанскихъ, по величинѣ и виду безъ сомнѣнія дѣтскихъ. Рядомъ съ этимъ, на полу, стояла картина, лицомъ къ стѣнѣ. Джуба, прогнавъ мышь, которую такъ упорно преслѣдовала его фантазія, выскочилъ и чуть не уронилъ картины, такъ что я долженъ былъ протянуть руки, чтобъ поддержать ее. Я поднялъ ее къ свѣту, и былъ удивленъ, увидѣвъ старый фамильный портретъ: то былъ джентельменъ въ шитомъ камзолѣ и фрезѣ, относившихся къ царствованію Елисаветы, человѣкъ благородной и бодрой наружности; въ уголкѣ былъ поблекшій гербъ и рядомъ надпись: "Гербертъ де-Какстонъ, Эск. ann. aetat. 35." На изнанкѣ полотна была надпись, сдѣланная рукою Роланда, моложе и тверже, нежели онъ писалъ теперь. Она состояла изъ слѣдующихъ словъ: "лучшій и храбрѣйшій изъ нашего рода. Онъ сражался съ Сиднеемъ на полѣ Цутфена; бился на кораблѣ Драка противъ испанской Армады. Если когда-нибудь у меня будетъ...." -- остальное, по видимому, было стерто.
Я отвернулся и почувствовалъ стыдъ раскаянія въ томъ, что такъ далеко довелъ мое любопытство, если можно назвать этимъ именемъ могучее участіе, которое завлекло меня. Я оглянулся на Бланшь: она отошла отъ меня къ двери и, закрывая глаза руками, плакала. Подходя къ ней, я увидѣлъ на стулѣ книгу, въ нѣсколькихъ шагахъ отъ всѣхъ этихъ остатковъ дѣтства нѣкогда чистаго и безоблачнаго. По стариннымъ серебрянымъ застежкамъ я узналъ Библію Роланда. Мнѣ казалось, что я сдѣлалъ только что не святотатство. Я отвелъ Бланшь; мы неслышно спустились по лѣстницамъ, и уже очутившись на нашемъ любимомъ мѣстѣ, возвышенномъ пригоркѣ, гдѣ нѣкогда творилась феодальная расправа, рѣшился я отереть ея слезы поцѣлуемъ и спросить о ихъ причинѣ.