Который искреннѣй и ненавидѣлъ-бы и полюбилъ!"
И если м. Вивіенъ имѣетъ причины все еще скрываться, если участь его зависитъ отъ того, скроете или разболтаете-ли вы его тайну, я думаю, вы не тотъ человѣкъ, кого ему нужно бояться. Живъ не буду! "Хотѣлъ-бы я такъ быть увѣреннымъ въ хорошемъ обѣдѣ!" какъ чувствительно восклицаетъ Лебедь. Я готовъ поклясться, что это желаніе часто было на устахъ Лебедя въ его домашней жизни!
Сердце мое было тронуто не паѳосомъ столько профанированнаго Лебедя, а безприкрашеннымъ повтореніемъ Пикокомъ словъ Вивіена. Я отвернулся отъ моего спутника; кабріолетъ остановился у Лондонскаго моста.
Не о чѣмъ мнѣ еще было спрашивать и все-таки мучило меня какое-то безпокойное любопытство: не было-ли тутъ ревности? Вивіенъ такъ хорошъ и смѣлъ: онъ можетъ видѣть богатую наслѣдницу; леди Эллиноръ можетъ-быть не предполагаетъ тутъ опасности. Но я.... я все-таки былъ влюбленъ и.... ну не безумство-ли это?
-- Пріятель -- сказалъ я экс-актёру -- я не желаю вреда ни м. Вивіену (если долженъ называть его такъ), ни подражающимъ ему въ разнообразіи именъ. Но скажу откровенно, что мнѣ не нравится видитъ васъ въ услугѣ у Тривеніона, и совѣтую вамъ оставить его какъ можно скорѣе. Покуда, не скажу ничего больше, я намѣренъ пообдумать хорошенько все, что вы мнѣ сказали.
Я пошелъ, а м. Пикокъ продолжалъ путь свой одинъ по Лондонскому мосту.
ГЛАВА VII.
Среди всего, что терзало мое сердце или тревожило голову въ этотъ достопримѣчательный день, я получилъ, наконецъ, хоть одно пріятное впечатлѣніе, когда, воротившись домой, засталъ дядю:
Капитанъ положилъ на столѣ передъ собою большую Библію, которою ссудила это хозяйка. Онъ никогда не предпринималъ никакого путешествія безъ своей собственной Библіи, но та была напечатана мелкимъ шрифтомъ, а глаза капитана къ ночи стали измѣнять ему. Эта Библія была крупнаго шрифта; съ каждой стороны стояло по свѣчѣ; капитанъ, облокотившись на столъ, придерживалъ себѣ лобъ обѣими руками, какъ-будто-бы для того, чтобъ изгнать искушеніе и сосредоточить весь духъ свой на страницѣ.
Онъ сидѣлъ -- изображеніе желѣзной воли: въ каждой чертѣ его лица была рѣшимость. "Не буду слушать моего сердца; буду читать эту книгу и учиться страдать какъ должно христіанину!"