-- Не хорошо, сэръ! не хорошо, молодой человѣкъ! "Скупость запала глубоко." Прекрасно выразился Лебедь. Кто ничѣмъ не рискуетъ, тотъ ничего не выигрываетъ!
-- У кого нѣтъ ничего, тому и рисковать не чѣмъ,-- отвѣчалъ я, его же словами.
-- Какъ нѣтъ ничего?-- Молодой человѣкъ, развѣ вы сомнѣваетесь въ моей состоятельности, въ моемъ капиталѣ, въ моемъ золотѣ?
-- Я говорилъ о себѣ, сэръ. Я не довольно богатъ, чтобы играть съ вами на деньги.
-- Что вы этимъ хотите сказать, сэръ?-- воскликнулъ мистеръ Пикокъ, въ добродѣтельномъ негодованіи.-- Вы меня оскорбляете.
И онъ грозно всталъ и надвинулъ свою бѣлую шляпу на парикъ.
-- Оставьте его, Галь,-- сказалъ презрительно юноша.-- Если онъ дерзокъ, ударьте его. (Это относилось ко мнѣ.)
-- Дерзокъ! ударить!-- воскликнулъ мистеръ Пековъ, ужасно покраснѣвъ! Но замѣтивъ улыбку на губахъ товарища, онъ сѣлъ и погрузился въ молчаніе.
Я заплатилъ деньги по счету, и когда, исполнивъ эту обязанность, которая рѣдко доставляетъ удовольствіе, хватился моей дорожной котомки, то увидѣлъ, что она была въ рукахъ молодого человѣка. Онъ хладнокровно читалъ адресъ, который я на всякій случай прилѣпилъ къ ней: Пизистратусъ Какстонъ, Эск., въ N. гостинницѣ, N. улицѣ, близъ Стрэнда.
Я взялъ у него котомку. Такое нарушеніе законовъ приличія, со стороны молодаго джентельмена, хорошо знавшаго жизнь, поразило меня болѣе, нежели уязвилъ бы меня подобный поступокъ отъ мистера Пикока. Онъ не извинился, но кивнулъ мнѣ головой, какъ бы желая проститься, и растянулся по лавкѣ во всю свою длину. Мастеръ Пикокъ, углубившійся въ раскладываніе пасьянса, даже не отвѣтилъ на мой прощальный привѣтъ, и на слѣдующее мгновеніе я былъ одинъ на большой дорогѣ. Мысли мои долго обращались къ молодому человѣку, сожалѣя о будущности, предстоящей человѣку съ его привычками въ подобномъ обществѣ, я невольно удивлялся не столько его красивой наружности, сколько развязности, смѣлости и беззаботному вліянію надъ товарищемъ, много старшимъ.