Клара. Джоржина оставитъ его. Вы такъ думаете? (въ сторону.) Ахъ! онъ узнаетъ, что письмо было не отъ нея.
Леди Франклинъ. Она сказала мнѣ вчера вечеромъ, что не хочетъ болѣе его видѣть. Въ самомъ-дѣлѣ, она не такая интересанка, какъ ея отецъ, и любитъ другаго, сколько можетъ любить. Даже будучи невѣстой Эвлина, она была всякой день въ саду съ сэръ Фредерикомъ.
Клара. А онъ одинъ, печальный, оставленный, раззореный! И я, которую онъ обогатилъ, я, созданіе его благотворительности, я, женщина, когда-то имъ любимая,-- остаюсь въ бездѣйствіи, довольствуясь прозьбами и слезами! Ахъ, леди Франклинъ, сжальтесь надо мною, надъ нимъ, мы ему родныя; это даетъ намъ право утѣшать его. Пойдемте къ, нему; идите!
Леди Франклинъ. Нѣтъ, не прилично. Я не могу; что скажетъ свѣтъ?
Клара. Всѣ оставляютъ его; я пойду одна.
Леди Франклинъ. Ты такая гордая, мнительная?
Клара. Гдѣ гордость -- когда ему нуженъ другъ!
Леди Франклинъ. Онъ самъ виною своего несчастія... Игрокъ...
Клара. Можете ли вы въ такую минуту вспоминать о его проступкахъ? Я на это не имѣю права. Все, что я имѣю, да, все отъ него, и я въ томъ никогда не сомнѣвалась!
Леди Франклинъ. Но если Джоржина помогла ему?... что онъ подумаетъ?...