-- Священникъ энтотъ померъ,-- перебилъ мѣщанинъ.
-- Это вѣрно, вѣрно... померъ... въ скорости и померъ...
-- Ну, значитъ, и брешутъ на него, что въ голову влѣзетъ. Вѣдь это сновидѣніе,-- дубина!
-- Да я-то про что жъ? Извѣстно, сновидѣніе. Ночь-то -- годъ...
-- Ну, и молчи,-- опять перебилъ мѣщанинъ, укладывая голову на чуйку.-- Да и курить-то пора бросить: вѣдь ужъ день скоро, а вы ишь -- надымили -- овинъ чистый!
-- Въ первый классъ или, коли не ндравится,-- сипло и зло перебилъ, въ свою очередь, рыжій мужикъ.
-- Побреши еще!
-- Брешутъ собаки да твои свояки.
Мѣщанинъ быстро поднялъ голову съ чуйки и какъ будто даже съ радостнымъ изумленіемъ раскрылъ глаза
-- Ну, смо-отри! -- сказалъ онъ, покачивая головою.-- Смотри, какъ бы я не потолковалъ съ тобой посурьезнѣй!