-- Любезный графъ, сказалъ онъ, обращаясь къ пожилому господину, который совѣтовалъ ему заѣхать въ Сіену, чтобы посмотрѣть на соборъ:-- я даже здѣсь не имѣлъ времени сходить въ часовню Медичи. Вы всѣ такъ любезны и на меня сыпалось столько приглашеній, что я просто не имѣлъ ни одной свободной минуты. Къ тому-же мнѣ надо поспѣть на скачки въ Пизу и вернуться во-время въ Парижъ къ домашнему спектаклю герцогини Надэ. Вѣдь вы ее знаете, эту добрую Іоланду? Извините, графъ, мнѣ надо встрѣтить госпожу Ананкову и госпожу Денисову. А вотъ и графиня Арденца.
Послѣднюю сопровождалъ другъ ея дома Ванини, который занимался всѣмъ по ея хозяйству, велъ счета и руководилъ воспитаніемъ ея сына. Графиня поддерживала эту связь въ продолженіи четырехъ лѣтъ съ такимъ примѣрнымъ постоянствомъ, что общество простило ей прежнее легкомысленное поведеніе.,
-- Мужъ извиняется, что не могъ пріѣхать, сказала она, здороваясь съ Дарво. Но его удержала дома страшная мигрень. Ченчіо, прибавила она, обращаясь къ своему патито: вы сказали кучеру, чтобы онъ пріѣхалъ въ половинѣ второго?
-- Мы всѣ въ сборѣ, произнесъ Бонивэ, обращаясь къ Жаку: дайте руку графинѣ.
Маленькая гостиная ресторана представляла въ миніатюрѣ все космополитное общество Флоренціи. Тутъ было всего десять человѣкъ: двѣ русскихъ, госпожи Ананкова и Денисова, одна англичанка, мистриссъ Браунъ, женщина сорока лѣтъ, рыжая съ багровымъ цвѣтомъ лица, одна итальянка -- графиня Арденца, одинъ голландецъ, который ухаживалъ за госпожей Денисовой, два итальянца: Винченціо Ванцни и князь Витали, одинъ польскій графъ, восторгавшійся Сіенскимъ соборомъ и повидимому желавшій жениться на зрѣлой англичанкѣ, и два француза: Бонивэ, потомокъ констабля, друга Франциска I, и амфитріонъ, представлявшій въ этой аристократической средѣ современный демократическій элементъ. Его дѣдъ, самъ воздѣлывавшій землю пятьдесятъ лѣтъ тому назадъ, былъ-бы очень удивленъ, если бы узналъ, что его внукъ угощаетъ такихъ разноплеменныхъ и титулованныхъ особъ.
-- Десять человѣкъ за ужиномъ -- самое лучшее число, сказалъ Жакъ Дарво, вводя графиню въ столовую, гдѣ прекрасно сервированный столъ блестѣлъ серебромъ и цвѣтами: Можно свободно разговаривать вдвоемъ, и вмѣстѣ съ тѣмъ вести общій разговоръ. Маркизъ вполнѣ раздѣляетъ мое мнѣніе. Вы не повѣрите графиня, какъ я счастливъ, что онъ удостоилъ меня своей дружбой.
Среди неизбѣжной сумятицы и искусственной веселости, которыми всегда отличается начало всякаго ужина, князь Витали легко замѣтилъ, что онъ очень нравится г-жѣ Ананковой, и благодаря своему фатовству, онъ не мало не удивлялся, что побѣдилъ молодую женщину, почти не зная ее.
-- Вы всегда живете во Флоренціи, князь? спросила она и въ голосѣ ея звучали нѣжная лесть и пламенное желаніе.
Въ это самое время въ другихъ углахъ стола раздавались всевозможные вопросы:
-- Были вы вчера въ оперѣ?