И снова его мысли перенеслись къ терзавшей его сердце кокеткѣ. Конечно она была кокетка; иначе она не издѣвалась-бы надъ нимъ съ какимъ-то фатомъ, который даже не былъ джентльмэномъ. Но легко было обвинять ее въ кокетствѣ, а въ сущности быть можетъ она была просто веселымъ беззаботнымъ ребенкомъ. Не смотря на то, что она была замужемъ, всякій принялъ-бы ее за молодую дѣвушку. Нѣтъ, рѣшительно она не была кокеткой, а только очаровательнымъ легкомысленнымъ созданіемъ, которое одинаково улыбалось и ему и князю Витали.
Среди этихъ тревожныхъ мыслей и мечтаній, наступила ночь и бутылка виски была уже пустая. Но алькоголь не дѣйствовалъ на возбужденные нервы. Онъ тяжело вздохнулъ и открывъ маленькую аптечку для путешествій, вынулъ черную стклянку съ опіумомъ. Это было послѣднее средство, къ которому онъ прибѣгалъ, чтобъ отдѣлаться отъ мучившей его ревности, и въ девять часовъ онъ уже спалъ мертвымъ сномъ. Въ это самое время Бонивэ выходилъ изъ обѣденнаго стола, графини Арденцы, болѣе остроумный и саркастическій, чѣмъ когда; князь Витали стоялъ за стуломъ графини Сальвэртъ въ ложѣ театра, гдѣ давали "Мефистофеля" Бойто, а Габріэль Оливье читалъ, лежа въ постели, вдохновенные любовью поэмы Данте Россетти. Въ сердцѣ каждаго изъ нихъ царила Люси, но для Бонивэ, она была предметомъ интриги, для князя Витали пріятнымъ препровожденіемъ времени, для Габріэля нѣжной мечтой, а для сэра Артура мрачнымъ кошмаромъ.
IV.
Въ восемь часовъ утра слуга сэра Артура съ трудомъ разбудилъ его отъ тяжелаго сна. Онъ наконецъ очнулся съ еще болѣе разстроенными нервами, чѣмъ наканунѣ и съ такой тяжестью въ головѣ, что онъ не могъ отдѣлаться отъ нея даже послѣ холодной души. Чтобъ придти въ себя, онъ выпилъ большую чашку очень крѣпкаго чернаго кофе, но и это только увеличило его нервное разстройство, которымъ онъ иногда страдалъ до такой степени, что ему входила въ голову мысль о самоубійствѣ. Вскочивъ на лошадь и отправляясь на свиданіе съ маркизомъ, онъ вспоминалъ о вчерашней ревнивой вспышкѣ и сердце его снова болѣзненно сжималось. Но встрѣтивъ маркиза и поѣхавъ съ нимъ въ Кассине, онъ почувствовалъ какъ-бы нѣкоторое облегченіе отъ скорой ѣзды и свѣжаго утренняго воздуха.
Былъ одинъ изъ тѣхъ ясныхъ весеннихъ дней, которые дѣйствительно божественны во Флоренціи. Словно зеленый иней дрожалъ на вѣтвяхъ деревьевъ. Безконечный рядъ холмовъ терялся на небосклонѣ въ лазуревой синевѣ неба; въ воздухѣ чувствовалось легкое дуновеніе свѣжаго вѣтерка. Главная аллея парка была переполнена всадниками и экипажами, о которыхъ Бонивѣ отзывался съ ироническимъ остроуміемъ. Сэръ Артуръ слушалъ его съ страннымъ напряженіемъ и маркизъ какъ-бы нарочно въ припадкѣ мизантропіи своими замѣчаніями только увеличивалъ болѣзненную подозрительность англичанина.
-- А вотъ и графиня Нина съ княземъ Андреемъ, говорилъ онъ съ ядовитой улыбкой:-- значитъ понизились акціи бѣднаго Тоніо. Какъ хороша сегодня Эмилія, не смотря на ея сорокъ лѣтъ и столько компаній! Вашъ двоюродный братъ лордъ Рандольфъ былъ влюбленъ въ нее по уши и считалъ себя счастливымъ ровно шесть недѣль. И этотъ срокъ слишкомъ продолжителенъ для ея измѣнчивой натуры. Вы кажется не замѣтили, что вамъ кланялся вашъ другъ Джемсъ. Я право не понимаю, какъ онъ ухитрился, чтобъ потерпѣть пораженіе, ухаживая за Наташей. Вы можете ему сказать, что онъ первый...
Всѣ эти замѣчанія были ничто иное, какъ выводъ изъ обычныхъ свѣтскихъ сплетней, которыми такъ богата Флоренція. Но они очень сильно дѣйствовали на сэра Артура при теперешнемъ его настроеніи и онъ скакалъ все шибче и шибче, какъ-бы желая унестись далеко, далеко отъ того общества лжи и обмана, въ которомъ царила графиня Сальвэртъ. Къ тому же нельзя было поручиться, что встрѣчавшіеся на каждомъ шагу знакомые не говорили о немъ: "бѣдный Страбэнъ! какъ его водитъ за носъ маленькая графиня". Нѣтъ, онъ не будетъ игрушкой кошки, одной изъ тѣхъ безсердечныхъ женщинъ, которыя губятъ искренно влюбленныхъ въ нихъ людей съ тѣмъ-же удовольствіемъ, къ какимъ игрокъ въ шахматы дѣлаетъ матъ своему сопернику.
-- Однако намъ пора вернуться, воскликнулъ неожиданно Бонивэ, не отстававшій отъ своего товарища: я боюсь опоздать на свиданіе съ вашей красавицей.
-- Графиня Сальвэртъ васъ ждетъ? спросилъ сэръ Артуръ, который выходилъ изъ себя, когда при немъ выражались такъ легко о той, которую онъ хотѣлъ назвать своей женой.
-- А я вамъ еще не разсказалъ объ ея новой выходкѣ? наивно спросилъ маркизъ.