"На другой день я отъискалъ своего коммиссіонера и потребовалъ отъ него всѣ свѣдѣнія для "немедленнаго" приведенія въ исполненіе моего плана.
"На третій день коммиссіонеръ доставилъ мнѣ все, что отъ него требовалось...
"Маленькая Наташа, теперь уже Наталья Ивановна, жила въ Большой-Подъяческой, на чердакѣ и на "хлѣбахъ" у нѣкоторой Клеопатры Артемьевны, которая съ своей стороны живетъ тѣмъ, что держитъ жильцовъ и жилицъ на своемъ чердакѣ и на своихъ "хлѣбахъ".
"Отецъ Натальи, называемый Астафьемъ Лукичемъ, жилъ, какъ слѣдуетъ жить такой важной персонѣ.
"Я явился къ нему и послѣ вступительныхъ любезностей напомнилъ ему, что я тотъ самый... конторщикъ, который имѣлъ счастіе служить имъ за десять лѣтъ до этой вожделѣнной минуты и имѣлъ несчастіе навлечь на себя гнѣвъ ихъ и всякія строгости. Они смутились и спросили, что же мнѣ угодно? Я продолжалъ свои напоминанія: напомнилъ, что такого-то года, мѣсяца и числа, я просилъ, умолялъ ихъ сжалиться надъ бѣдною женщиной, которую они погубили, надъ ея невиннымъ ребенкомъ, а они и не сжалились, сказали, что мало ли ихъ есть такихъ... на всѣхъ не достанетъ никакого состоянія. Я замѣтилъ, что это они дѣлаютъ не хорошо и что стыдно имъ, и Богъ накажетъ за такое дѣло, а они посмѣялись надо мною. Я настаивалъ, они сердились, я сказалъ, что не отстану такъ, а они меня назвали нищимъ, который связался съ потаскушкою, чтобъ залѣзть въ чужой карманъ,-- я имъ на это далъ рѣшительный отвѣтъ, а они вспомнили о своихъ какихъ-то достоинствахъ, велѣли схватить меня и вообще поступили со мною, какъ только могутъ поступить такія особы съ какимъ-нибудь мѣщаниномъ.
"-- Что же вамъ угодно? снова спросилъ Астафій Лукичъ.
"-- Я пришелъ за вашею душою, отвѣчалъ я.
"-- Именно, безъ устрашеній?
"-- Именно: вы меня однажды засадили на недѣлю, а я васъ посажу на пять лѣтъ въ тюрьму! Всѣ ваши векселя въ моихъ рукахъ. Отсрочки -- ни одного дня!
"Астафій Лукичъ былъ озадаченъ. Я продолжалъ: могу оказать вамъ снисхожденіе на одномъ условіи, чтобъ вы сегодня же отъискали (разумѣется, по моему указанію) свою дочь -- Наталью... по крестному отцу ея, какому-то дворнику, Иванову... чтобъ вы отъискали ее, признали ее, по крайней мѣрѣ обезпечили ея существованіе. Мать вы уморили голодомъ и горемъ. Я не допущу, чтобъ вы поступили также и съ дочерью!