-- Не допусти, о Господи, глазамъ моимъ останавливаться надъ тщетою и укрѣпи меня на добромъ пути.
Послѣ этихъ словъ, Эльза, та, что заговорила первая, еще разъ вздохнула и прибавила:
-- Господи, какъ тому, кто молодъ, слѣдовать доброму пути? Внимая Тебѣ и Твоему божественному слову.
Это изреченіе странно звучало на ея губахъ, такъ какъ сама она уже была не молода.
Пожилой человѣкъ, съ наклоненной на бокъ головой, качавшійся все время впередъ и назадъ, не поднимая почти вѣкъ, проговорилъ вдругъ сонливымъ тономъ:
"Никто не свободенъ отъ козней властителя тьмы-сатаны,
И всѣ христіане бояться коварныхъ соблазновъ должны".
Декану, хорошо знавшему всѣхъ этихъ личностей, легко было угадать, что все, происшедшее до сихъ поръ, было только вступленіемъ; онъ ждалъ поэтому, что будетъ дальше.
Наступила опять длинная пауза, прерывавшаяся только вздохами.
Маленькая, закутанная вся, не исключая и головы, въ шаль женщина, казавшаяся еще менѣе оттого, что сидѣла, нагнувшись впередъ, закачалась также на своемъ мѣстѣ, жалобно вздыхая. Ея стоны заставили встрепенуться блондинку, которая сказала при этомъ: