Отецъ пріободрился и, съ новыми надеждами, послалъ его, на кораблѣ съ сельдями, въ Гамбургъ, гдѣ помѣстилъ его въ комерческую школу, для изученія правилъ тонкаго обхожденія.
Петеръ пробылъ тамъ восемь мѣсяцевъ... они показались ему нескончаемо длинными.
Онъ вернулся, привезя съ собой шесть полныхъ паръ платья, которыя, во избѣжанія пошлины, онъ всѣ надѣлъ на себя.
Когда онъ избавился отъ своей искусственной полноты, то оказался такимъ же, какимъ былъ восемь мѣсяцевъ тому назадъ.
Ходилъ онъ прямо, вытянувшись, руки у него висѣли по сторонамъ, какъ палки; на поклоны онъ отвѣчалъ съ порывистой быстротой, внезапно сгибаясь и снова выпрямляясь, какъ будто суставы у него были на пружинахъ.
Онъ представлялъ изъ себя квинтэссенцію вѣжливости, но все, что онъ дѣлалъ, онъ дѣлалъ молча и съ нѣкоторой робостью.
Онъ вздумалъ писать свою фамилію не по прежнему Ользенъ, но Оульзенъ, что подало поводъ городскимъ школьникамъ сочинить слѣдующую остроту на его счетъ. Вопросъ: "Что Петеръ Ользенъ пріобрѣлъ въ Гамбургѣ?" Отвѣтъ: "Букву."
Онъ намѣревался измѣнить также свое имя и называться не Петеромъ, а Педро, но несчастное "у" причинило ему столько непріятностей, что онъ долженъ былъ отказаться отъ своего желанія и подписывался просто: П. Оульзенъ.
Въ двадцать два года онъ женился на продавщицѣ-простухѣ съ красными, грубыми руками; въ домѣ нужна была хозяйка, отецъ состарѣлся, а мать умерла и все же выгоднѣе было обзавестись женой, нежели временной экономкой.
Черезъ двѣнадцать мѣсяцевъ послѣ свадьбы жена подарила ему сына, котораго онъ тотчасъ же назвалъ Педро.