Но куда она пойдетъ?
У ней не было ни гроша, и кромѣ своего роднаго города она не знала никакой другой мѣстности; но безъ сомнѣнія на свѣтѣ должны быть добрые люди, какъ есть на небѣ милосердный Богъ!
Она стала прислушиваться къ тому, что дѣлалось въ нижнемъ этажѣ.
Тамъ была мертвая тишина.
Страхъ услышать на своей лѣстницѣ шаги матери приводилъ ее въ трепетъ; но Гунлангъ не появлялась.
Должно быть, служанки не было болѣе въ домѣ, потому что Петрѣ не приносили ѣсть.
И все же она не рѣшалась сойти внизъ; она не смѣла также подойти къ окну: быть можетъ, кто нибудь выжидалъ тамъ ея появленія.
Сквозь дыру пробитаго стекла проходилъ холодный воздухъ, и по мѣрѣ того, какъ день клонился къ вечеру, становилось все холоднѣе.
Петра собрала нѣкоторыя вещи, одѣлась и была совсѣмъ на готовѣ уходить.
Но необходимо было дождаться разъяренной толпы и еще разъ перенести ужасныя ощущенія.