Молодая дѣвушка положила въ нее свою горячую руку, и оба встали съ мѣста.
-- Благодарю... отъ души благодарю васъ... сказала она.
Онъ вздохнулъ и простоналъ; выпустивъ руку Петры, онъ повернулся и молчаливо сталъ спускаться съ корабля по лѣстницѣ. Она подбѣжала къ борту, и онъ, поднявъ глаза къ верху, послалъ ей послѣднее прости; затѣмъ онъ усѣлся въ, свою лодку и сталъ тихо грести къ берегу среди ночной тьмы.
Она подождала, пока онъ исчезъ въ темнотѣ, послѣ чего сошла внизъ.
Петра съ трудомъ держалась на ногахъ, до того сильна была въ ней усталость, и хотя, войдя къ себѣ въ каюту, она чувствовала себя совсѣмъ больной, но какъ только положила голову на подушку и прочитала наскоро двѣ-три вечернія молитвы, какъ заснула крѣпчайшимъ сномъ.
А тамъ, у пристани, сидѣла ея мать; она издали послѣдовала за ними, притаившись въ томъ мѣстѣ, гдѣ они сошли съ берега.
Когда-то, въ давнишнія времена съ этого самого мѣста она отправлялась въ лодкѣ вмѣстѣ съ Педро Ользеномъ; невольно вспомнила она объ этомъ, теперь, когда Педро увозилъ отъ нея ея дочь.
Какъ только она увидѣла его одного, она встала съ мѣста и ушла; теперь она удостовѣрилась, что дочь ея находилась на кораблѣ въ сохранности.
Но она не пошла къ своему дому, а взяла отдаленную дорогу, лежавшую по ту сторону холма, и по ней углубилась въ даль.
Домъ ея оставался открытымъ и брошеннымъ болѣе мѣсяца: Гунлангъ не хотѣла возвращаться къ себѣ, пока не получила успокоительныхъ извѣстій отъ дочери.