Вмѣстили въ свой затворъ достаточно труда,
Какъ стражи, ставшіе но странамъ, на полянахъ,
И свѣта новаго, и силъ багряныхъ,
Чтобъ опьянить безуміемъ святымъ
Умы, живущіе тревогой неизмѣнной,
Разжечь ихъ жаръ и дать упорство имъ:
Въ рядахъ недвижныхъ числъ,
Въ законахъ -- воплотить весь смыслъ Вселенной!
И этого мало. Городъ есть живое воплощеніе той искусственной или культурной среды, которое человѣчество ставитъ между собою и естественной средой, чтобы заслониться отъ ея неблагопріятныхъ вліяній и во много кратъ усилить дѣйствіе ея полезныхъ человѣку силъ. Во власти природной стихіи человѣкъ относится къ природѣ съ суевѣрнымъ трепетомъ. Когда силы природы для него -- загадка, онъ естественно склоненъ одушевлять и обожествлять ихъ. Обстановка города, съ ея максимумомъ власти человѣка надъ природой, съ его чудесами механики, съ его волшебными стальными автоматами, естественно заражаетъ и умъ склонностью многое объяснять механически, автоматическимъ дѣйствіемъ бездушныхъ элементовъ и законовъ... Городъ несетъ съ собою болѣе холодную трезвую психику.
Фабричные гудки запѣли надъ просторомъ,