Смерть Камешкова и Воронова при Пугачеве напоминает смерть астраханского воеводы князя Прозоровского при Стеньке Разине: "Лежавшего на ковре (в церкви, тяжко раненного) Прозоровского вынесли и положили на земле под раскатом (так называлась церковная колокольня). Вслед затем казаки хватали всех, искавших убежища в храме, вытаскивали, вязали им назад руки и сажали рядом под стенами раската. Дожидали суда Стеньки.
"Часов в восемь утра явился Стенька судить. Он начал суд свой с Прозоровского. Он взял его под руку и повел на раскат. Они стали рядом наверху; все видели, как атаман сказал воеводе что-то на ухо, но князь, вместо ответа, отрицательно покачал головою. Что говорил ему Стенька на ухо -- это осталось тайною между ними. Тотчас после того Стенька столкнул князя головою вниз, стороною на зимний восток" (Собрание сочинений Н. И. Костомарова. Кн. 1. 464).
О чем Стенька вел переговоры с князем Прозоровским в его предсмертные мгновения? Очевидно, он предлагал воеводе торжественно принести повинную, примкнуть к мятежной шайке, взявшей Астрахань. Стенька Разин, конечно, рассчитывал на привязанность князя Прозоровского к жизни, но князь отказался спасти себя от лютой смерти ценой измены.
XLI
Участие К. П. Победоносцева в двух крупных событиях, совершившихся в начале царствования Императора Александра III
Неудача, постигшая графа Лорис-Меликова с его планом преобразования внутреннего управления, которому приписывалось значение первого шага к конституции, увольнение графа Лорис-Меликова в отставку и обнародование Высочайшего Манифеста 29 апреля 1881 года, положившего конец конституционным надеждам и агитациям, -- все эти три события начала царствования Императора Александра III, вероятно, еще не скоро будут исследованы и выяснены подробно и точно.
Наиболее обстоятелен рассказ о них, составленный на основании воспоминаний Виктора Лаферте, русских и заграничных периодических изданий и брошюр, можно найти в XII и XIII главах брошюры Л. А. Тихомирова "Конституционалисты в эпоху 1881 года". Но единственным историческим документом, касающимся этих событий, остается доныне, кажется, только письмо К. П. Победоносцева к издателю "Гражданина" князю Мещерскому. Это письмо проливает свет как на заседание Совета министров, состоявшееся 8 марта 1881 года, так и на происхождение Манифеста 29 апреля того же года:
"Милостивый государь,
князь Владимир Петрович!
По поводу пятидесятилетия моей службы в No 49 "Гражданина" в "Дневнике" 15 июня помещена статья, в которой рассказывается приписываемое мне участие в событиях, последовавших после 1 марта 1881 года.