В некоторых государствах, например в Бадене, берется подать с вместимости куба помесячно, без различия продолжительности или краткости времени действительного винокурения в этот период. В Бадене каждые три маса вместимости куба платят в месяц два крейцера.
Наконец третьим основанием для взимания акциза служит уже самый продукт, выделанный и приготовленный к продаже. Этот способ принят, например, во Франции, где акциз имеет следующие виды: пошлина с поступления вина в торговлю и потребление (droit de circulation et de consommation), пошлина с привоза в большие города (droit d'entrée) и пошлина с розничной продажи (droit de détail).
Подать с поступления в торговлю и потребления берется при вывозе вина из складочного магазина. Бочка или бочонок с вином не может быть привозим иначе, как с квитанцией) на провоз, в которой обозначается имя человека, отправляющего винный транспорт, количество перевозимого вина, место, куда оно препровождается, и время, назначенное для перевозки. Этому налогу одинаково подлежат виноградное и хлебное вино, пиво, сидр и мед; величина налога изменяется от 60 сантимов за гектолитр, взимаемых с сидра и дешевых виноградных вин (менее 2 коп. за ведро), до 34 франков с гектолитра (около 1 руб. с ведра), взимаемых за спирт.
Подать при ввозе в города и села, имеющие более 4 000 жителей, не заслуживает нашего внимания, потому что, к счастью, у нас вообще нет городских таможенных пошлин (octroi), возбуждающих так много жалоб и затруднений во Франции.
Пошлина с розничной продажи составляет 10 процентов цены, по которой продается вино рюмками и бутылками в распивочных лавочках, в трактирах и тому подобных заведениях.
Нам кажется, что система взимания подати с материалов или посуды гораздо сложнее системы, по которой налог берется уже с готового продукта, и потому едва ли не следует предпочесть такое основание для акциза, при котором он взимается уже прямо с водки при ее поступлении из запасных депо в продажу. Главным неудобством этой системы была бы затруднительность следить за продажею водки из многочисленных маленьких винокурен, какие существуют в землях, где винокурение и продажа водки издавна были свободны. Но у нас этого неудобства нет. Хороша или дурна система откупов, но при реформе надобно брать в соображение факты, уже произведенные ею в народной жизни. У нас винокурение производится не в маленьких, почти домашних размерах, как, например, у финляндцев; оно издавна уже сосредоточилось в нескольких больших заведениях, по своему размеру подобных бумагопрядильным фабрикам или стеариновым заводам. Мы уже привыкли к такому порядку вещей, и никто не считает стеснением своих прав того, что не может курить вина для своего домашнего обихода; никому не приходит в голову требовать такого права. Пусть же все в этом отношении останется попрежнему; пусть существуют только немногочисленные обширные винокурни, производящие товар для оптовой продажи. Никто не огорчится даже тем, если у нас, как в Англии, будет постановлено правилом, что винокуренный завод разрешается иметь только тому, кто хочет устроить его в обширном размере. В Англии наименьший размер винокуренного чана определен в 400 галлонов (110 ведер). У нас можно определить эту границу наименьшего размера еще выше. Можно даже, не нарушая народных привычек и желаний, сделать еще один шаг дальше: можно прямым образом ограничить число винокуренных заводов, как существует подобное правило относительно аптек. Число аптек ограничено, вероятно, с той мыслью, чтобы они не подрывали одна другой излишним размножением, чтобы хозяин аптеки не был принуждаем незначительностью своего торгового оборота прибегать к подделкам в приготовлении лекарств. При ограничении числа винокуренных заводов ясно будет представляться другая цель: чем меньше их число, тем легче надзор за ними. Чтобы не было монополии, не надобно препятствовать основанию нового завода в таком месте, где существует только один завод на целый большой округ; но двух-трех заводов на уезд средней величины в большей части местностей, где существует какой-нибудь другой сбыт хлеба, кроме винокурения, было бы достаточно. В Киевской губернии, имеющей 400 верст длины и 230 ширины по самым большим диаметрам, существовало в 1845 году 372 винокуренных завода. Это слишком много для 900 квадратных миль. Если из них оставить только 35, расстояние между ними все-таки нигде не будет больше 50 верст, и каждое село, если недовольно условиями ближайшего завода, будет иметь на расстоянии одного дня провоза другой завод, куда легко может сбывать свой хлеб. Итак, мы говорим, что с сохранением полного удобства для земледельцев в сбыте хлеба число винокуренных заводов, не очень значительное и в настоящее время, может чрезвычайно быть уменьшено для облегчения з сборе акциза. Те хозяева, заводы которых подверглись бы закрытию, легко могли бы употребить без убытка для себя готовое здание под какое-нибудь другое промышленное заведение, если были бы за год или полтора предупреждены о сроке закрытия их заводов, а посуда, остающаяся ненужной для них, могла бы быть взята казною по третейской оценке, если они нг сбудут ее на остающиеся заводы. Во всяком случае, как бы щедро казна ни вздумала вознаградить владельцев закрываемых заводов, очень немного нужно истратить денег, чтобы они не остались в убытке, потому что капиталы, затрачиваемые на устройство винокуренных заводов, очень незначительны. Так, например, завод, выкуривающий 250 000 ведер в год, стоит весь не более 30 000 руб. серебром, считая тут и здание, которое не пропадет, стало быть и не нуждается в выкупе.
Мы предполагаем, что если бы сбор акциза при сохранении нынешнего числа заводов оказался трудным (чему нельзя верить), то правительству было бы очень легко отвратить это затруднение, уменьшив число заводов. Никто не может сказать, чтобы уездному смотрителю винного акциза нельзя было строго усмотреть за винокурением, если в его ведомстве будет всего два-три, или пять, или даже хотя десять заводов. Теперь, каким же образом взимать акциз с выделанного вина? Если брать акциз прямо при самой выделке еще до продажи, это может служить обременением для заводчика и препятствием к производству вина в довольно долгий запас. Если брать акциз при продаже вина из рук заводчика, открывается обширная возможность контрабанды; и, кажется, главное недоумение об устройстве акцизного сбора заключается в том, что, кроме этих двух неудобных способов, не замечают еще одного, который свободен от всяких неудобств. Он состоит в том, чтобы, взимая акциз не при производстве, а при продаже, заставить заводчика производить продажу так, чтобы водка проходила под контролем казны, в?и-мающей акциз. Надобно только узаконить, что все выделываемое вино должно поступать прямо и немедленно по выделке в складочный магазин, находящийся под ведением акцизного сборщика; и только из этого магазина, но никак не с завода, должна водка поступать в продажу. При таком порядке можно даже установить правило, чрезвычайно выгодное для заводчиков. Вино не такой товар, который подвергался бы порче или оставался бы без сбыта. Потому, принимая водку в складочный магазин, казна может, ничем не рискуя, выдавать заводчику по его просьбе половину или две трети низшей цены вина за три предыдущие года, с вычетом этих денег из тех, которые он получит за действительную продажу вина.
Цель такого порядка состоит не в том, чтобы казна хотела сама участвовать в торговле вином, -- нет, пусть сам заводчик продает свой товар кому хочет и по какой хочет цене; надобно только, чтобы вино не поступало в продажу без уплаты акциза, и казна только хранит вино до продажи, чтобы взять акциз, а не участвует в торговле им. Выпуская бочку с вином за дверь складочного подвала и накладывая штемпель или бандероль на выпускаемую бочку, казна не принимает на себя далее никаких забот о путешествии и участи этой бочки. Пусть покупщик везет ее куда хочет, продает как хочет. Нам кажется, что хлопот для казны тут немного, хотя бы продажа из подвала производилась и отдельными бочками; но если бы оказалось нужным еще более упростить и облегчить это дело, можно поставить правилом, что отпуск из акцизного подвала производится только партиями более значительными, нежели одна бочка; например, наименьшим размером покупки можно было бы поставить 10 или 25 бочек; тогда можно было бы еще больше облегчить для надсмотрщика это дело, определив только известные дни для выпуска вина из подвала, например один день в неделю и даже в две недели.
Что же далее? Далее -- ничего. Весь механизм системы, одобряемой нами, состоит в двух словах: акциз берется при продаже водки из подвала, в который водка поступает немедленно по изготовлении. Если угодно, можно даже сейчас же написать "Проект устава о порядке взимания акциза с хлебного вина" с разделением на параграфы и с переложением на деловой язык. Работа эта так легка, что можно было бы предоставить ее каждому читателю; но места этот проект займет немного, потому не будет беды поместить его здесь.
Проект устава о порядке взимания акциза с хлебного вина