Короля порадовал ответ дочери, а принцесса направилась на балкон, куда спустя минуту вошел Мирослав.
— Нижайшим поклоном приветствую вас, милостивая госпожа, и жду ваших приказаний, — сказал он, склонив голову к ногам принцессы и поцеловав край ее одежды; при этом он посмотрел на нее таким взглядом, какого раньше она не знала. Гордая девица покраснела и остановила свой взор на розе, которую за минуту перед тем сорвала в саду. Она не догадывалась, каким несчастьем угрожает ей только что распустившийся бутон. В этом сладком ложе, увитом розовыми лепестками, сидел злой гений с натянутым луком, с которого готова была сорваться стрела, смоченная самой ядовитой отравой. И едва Красомила взглянула на злосчастную розу, как гений спустил тетиву и принцесса почувствовала в сердце боль, против которой бессильно всякое лекарство.
— Как вас зовут? — спустя минуту спросила она приветливым голосом незнакомца.
— Мирославом, — ответил тот.
— Отец говорил, Мирослав, что вы понимаете в музыке, а я давно хотела найти человека, который обучил бы меня игре на арфе. Не согласитесь ли вы занять место моего покойного учителя?
— Если моих скромных знаний хватит на то, чтобы занять это место, я буду считать себя счастливцем.
— Обо всем остальном с вами поговорит король,— сказала в ответ принцесса и легким движением руки показала приезжему, что он свободен.
Долго еще стояла Красомила, не понимая, что с ней творится. В душе у нее сладкой музыкой отзывались, шептали что-то ласковое нежные голоса, а на сердце стало тепло, словно у узника, когда после долгой темной ночи ему улыбнется солнце, отворятся настежь двери его темницы и каждый уголок его сердца наполнится небесным светом. Но вот раздались чьи-то шаги, и Красомила очнулась от своих мечтаний. Это вошел король.
— Ну как,— спросил он, — взяла ты Мирослава в учителя?
— Да, я ему это предложила. Но когда начать уроки, я, право, еще не думала.