-- Поди ты к своему праху! -- сердито сказал я своей милой, когда она, побыв в черной комнате, подошла ко мне с ласками.
Она отпрянула, широко раскрыла на меня свои глаза, губы её дернулись судорогой и она прошептала:
-- Как ты смеешь издеваться... Ты груб и глуп!.. Я не ожидала...
Вышла тяжелая неприятная сцена. Потом нам обоим было стыдно за те дерзости, которыми мы обменялись, и мы оба плакали и горячо мирились, доказывая друг другу непоколебимость своей страсти.
-- Ты мне веришь теперь, что я люблю только тебя одного? -- спрашивала она, смеясь сквозь слезы радости и блаженства. Конечно, я в этот момент верил, ибо наша страсть казалась единственной и всемогущей, как Бог... Но проходил момент и в душу снова ползли сомнения. Приходила мысль: вот, если я умру, она поместит мой прах рядом с прахом первого мужа, а будет изнывать в ласках с третьим, уверяя его, что любит только его одного! Это было невыносимо! Прах мужа стал отравлять все мои радости, все счастье, всю жизнь. Я решил от него избавиться: предложил жене поехать в Ниццу. Она встретила мой проект с восхищением и спустя несколько дней мы уезжали, покидая нашу виллу с черной комнатой... Наконец-то мы только вдвоем! Однако, уже на станции железной дороги я начал мучиться подозрением: в числе её вещей был какой-то особенный чемодан, который она дарила исключительным вниманием. Я намеревался сдать его в багаж с другими вещами, она точно испугалась...Что там, в этом пузатом чемоданчике? Неужели?.. Нет, нет! Конечно, там -- драгоценности! И все таки всю дорогу я подозрительно посматривал в сторону этого чемоданчика и, словно, чувствовал, что... он там!
-- Что у тебя там, в этом чемодане?
-- Ах, какой ты любопытный! Какое тебе дело?
В Ницце мы заняли номер в лучшем отеле, на набережной. Лазурное море заглядывало к нам в комнату, из сада вливалась музыка и опьяняющий аромат цветущих роз. Вся природа была насыщена любовной радостью. Только бы любить!.. Но прошла ночь, а на другой день, вернувшись с деловой прогулки, я увидал на туалете жены знакомую ненавистную мне урну с прахом, тонувшую в ярких цветах! И вот снова я утратил и радость и самообладание. Что-нибудь одно: или любовь или панихида!
-- Я не желаю брачной постели на могиле!..
-- Ты грубый, противный! Я не люблю тебя... Он был в тысячу раз лучше...