30 марта. Вчера въ 9 часовъ вечера добрался я до дер. Старо-Бѣлокурихи. Здѣсь преобладаетъ православное населеніе, но есть не мало и старообрядцевъ-безпоповдевъ, да домовъ 13 поморцевъ.
Относительно стариковщины могу лишь добавить, что у нихъ нѣтъ причастія; бракъ же, по увѣренію здѣшнихъ, совершается иногда и безъ свидѣтелей,-- довольствуются однимъ родительскимъ благословеніемъ.
Поморцы здѣшніе сами себя поморцами и называютъ: "насъ такъ пишутъ, такъ и родители, и дѣды наши назывались". Они затрудняются объяснить различіе между ними и "православными христіанами": "Мы не грамотные"... Молятся они "за всѣхъ православныхъ христіанъ".-- Но если вы, спросилъ я ихъ, считаете вѣру послѣ Никона патріарха не настоящей, то вы не можете признавать "мірскихъ" православными христіанами? "Да, такъ". "Значитъ, вы не можете молиться за царя и за властей?" "Какъ можно? возразили поморцы искреннимъ и убѣжденнымъ тономъ: мы молимся и за царя, и за властей. Вѣдь онъ державный!"...
Бѣлокурихскіе поморцы подтверждаютъ, что главный центръ поморцевъ на Алтаѣ -- дер. Солоновка, и что въ Карповкѣ также группируются ихъ единовѣрцы. Когда я передалъ имъ свой разговоръ съ точиленскимъ Поповымъ, поморцы, смутившись, замѣтили: "Богъ ихъ знаетъ. Мы не такіе. Можетъ, у нихъ поморцы и жили б...мъ. Мы этого не знаемъ. А то правда, что прежде "православные христіане" были за одно съ ними"...
Въ общемъ, я замѣтилъ, что здѣшніе старообрядцы имѣютъ весьма смутное представленіе о своихъ "вѣрахъ", да и относятся къ нимъ, кажется, довольно индифферентно...
4 апрѣля. По дорогѣ въ Солоновку я слышалъ отъ ямщика, что въ с. Ново-Тырышкинскомъ проживаетъ одинъ новоселъ-тамбовецъ, празднующій субботніе дни вмѣсто воскресныхъ. Этотъ новоселъ круглый годъ, зимою и лѣтомъ, дома и на улицѣ, не носитъ шапки. Одѣвается онъ, вообще, очень тепло зимою (часто надѣваетъ даже двѣ шубы), но голову онъ оставляетъ всегда непокрытой, считая за грѣхъ покрывать ее. Ямщикъ мой (православный) объ этомъ чудакѣ (повидимому, субботникѣ) отзывается, какъ объ очень симпатичномъ, исправномъ хозяинѣ. Любопытно то, что сыновья этого сектанта, по словамъ ямщика, празднуютъ не субботу, а воскресные дни, носятъ шапки и ничѣмъ, вообще, отъ другихъ православныхъ не отличается. Но, тѣмъ не менѣе, живутъ совмѣстно со старикомъ-отцомъ и живутъ совершенно мирно и въ полномъ согласіи...
Въѣзжаю въ Солоновку. Внѣшній видъ этой деревни представляетъ разительную противоположность съ дер. Черновой { Черновая -- сосѣдняя съ Солововкой деревня, недавно только заселенная исключительно россійскими переселенцами, преимущественно тамбовцами.}. Еще рѣзче контрастъ между внутренней обстановкой "квартиры" здѣшней и Черновской: образцово-чистыя комнаты съ крашеными полами, покрытыми хорошими половиками; потолокъ и стѣны раскрашены разными цвѣтами; хорошая голландка; полдюжины приличныхъ стульевъ, кровать, постельное бѣлье снѣжной бѣлизны; окна створчатыя. Комнатный воздухъ совершенно лишенъ того специфическаго затхлаго запаха, какой составляетъ необходимый атрибутъ въ русскихъ деревенскихъ хатахъ. Словомъ, всюду почти идеальная чистота и опрятность. Домъ окруженъ хорошимъ палисадникомъ, въ которомъ насажены деревья...
Прошелся по Солоновкѣ: первое впечатлѣніе нисколько не ослабѣло. Деревня, можно сказать, дышетъ чистотой, просторомъ и зажиточностью. На улицѣ подходитъ ко мнѣ старичекъ, снимаетъ шляпу и низко кланяется. Онъ заводитъ со мною пространный разговоръ, и я узнаю, что Солоновка, дѣйствительно, уже съ давнихъ поръ служитъ центромъ "поморскаго согласія", хотя въ деревнѣ проживаетъ и немного "россійскихъ" и "австрійскихъ". Старикъ жалуется, что у нихъ былъ молитвенный домъ, но его опечатали, да конфисковали кое-какія книги. Ему въ подробностяхъ знакомо (и это общая черта раскольниковъ) все старовѣрческое населеніе его района,-- онъ знаетъ и точиленскихъ Поповыхъ, и коловскаго Чечюлина и др. Въ чемъ сущность ихъ вѣръ, онъ, правда, объяснить не можетъ, но вотъ-де у него есть сынъ-грамотѣй, такъ тотъ все объяснитъ. Впрочемъ, старикъ тутъ же почти шепотомъ и съ энергіей присовокупилъ: "Видишь-ли! Отъ Владиміра князя до Никона патріарха стояла истинная христіанская вѣра, и были настоящіе христіане,-- мы такіе же"... и т. д., онъ повторяетъ почти слово въ слово то, что говорили именующіе себя "православными христіанами", рѣшительно отвергающіе солидарность свою съ поморцами. Я объяснилъ это старику и попросилъ его разъяснить мнѣ, что же именно отличаетъ ихъ. Старикъ смутился и замѣтилъ: "видишь-ли, они упрекаютъ насъ, что мы -- сектари, именуемся поморцами, а тутъ грѣха нѣту". Вопреки увѣреній "православныхъ христіанъ", старикъ утверждаетъ, что они, поморцы, молятся и за царя, и за властей, такъ какъ это предписывается ихъ тропаремъ... Мы разстались, пообѣщавъ другъ другу потолковать еще о вѣрѣ.
5 апрѣля. Жду стариковъ для бесѣды. Хотя еще рано, но я успѣлъ уже кое съ кѣмъ поговорить. Здѣшніе поморцы -- "Даниловскаго монастыря". Они признаютъ своими святыми Аввакума, Лазаря, Федора, Епифанія, Максима грека, Павла коломенскаго и др. Во время-оно была у нихъ "Челобитная соловецкихъ страдальцевъ", да засѣдатель Львовъ отобралъ ее у нихъ въ 1879 г. и отослалъ въ духовную консисторію; потомъ Львовъ увѣдомилъ ихъ, что "Челобитная" эта находится въ духовномъ цензурномъ комитетѣ...
Изъ бесѣды съ собравшимися стариками выяснилось, что Солоновка "съ краю" заселилась поморцами, вышедшими изъ Чарыша и другихъ мѣстъ, и что уже солоновцы заселяли потомъ Лютаеву, Карповку и нѣкоторыя другія деревни Алтайской волости.