}. Самымъ богатымъ считается здѣсь вышеупомянутый Прокопій Леонтьевъ. Отецъ его имѣлъ обширные "капиталы" и велъ значительную торговлю,-- онъ "гонялъ" въ Ирбить воскъ и медъ (пудовъ по 500 воску и по 3--4 тыс. пуд. меду), скупалъ кругомъ скотъ и скотоводческіе продукты. Когда пошли усиленныя гоненія на расколъ, Леонтьевъ расплачивался за древлее благочестіе своимъ кошелемъ... Теперешніе Леонтьевы (2 брата и сестра) умомъ не вышли въ отца, сохранилось у нихъ тысячъ 15--20 отцовскаго наслѣдства, сами же лишь "наживаютъ про домашность"... Домъ Прокопія Леонтьева претендуетъ на щегольство. "Парадныя" комнаты съ крашеными полами и разрисованными (какимъ-то "тюменскимъ" художникомъ) потолками, стѣны обиты приличными обоями. Въ задней комнатѣ хранится на полкахъ масса иконъ: иконы всѣхъ мѣсяцевъ въ году (стоятъ 60 р.), съ дюжину иконъ покрупнѣе (плочено по 5 р. за штуку) и обширная коллекція мелкихъ иконокъ, за которыя "родителемъ" заплачено 90 рублей... Домъ Прокопія дышетъ, вообще, довольствомъ и зажиточностью...
Пора отправиться въ село Айское -- крупное гнѣздо старообрядчества, хотя тамъ же и приходская церковь...
7 марта... Побесѣдовавъ со стариками, я отправился къ мѣстному священнику, о. Григорію. Послѣдній -- молодой еще человѣкъ, лѣтъ 25--30, стройный, высокого роста и съ умнымъ лицомъ. Рѣчь его не лишена логичности и толковости.
О. Григорій полагаетъ, что въ его районѣ расколъ слабѣетъ въ интенсивности, хотя и не количественно. Онъ не отрицаетъ того, что переходъ изъ православія въ старообрядчество совершается здѣсь успѣшнѣе, чѣмъ переходъ изъ старообрядчества въ православіе,-- но послѣднее все-таки, по его увѣренію, имѣетъ мѣсто.
Раздоры между православными и "чашечниками", по увѣренію о. Григорія, составляютъ здѣсь частое явленіе; почти ни одинъ сходъ не проходитъ безъ того, чтобы "мірскіе" не повздорили съ "чашечниками" изъ-за вѣры...
Раціоналистическаго онъ, о. Григорій, ни у поповцевъ, ни у безпоповцевъ ничего не подмѣтилъ: все у нихъ сводится исключительно къ буквѣ и къ обряду. Безграмотность почти сплошная {Это мнѣніе, однако, не совсѣмъ вѣрно. Изъ подворной переписи моей видно, что во всемъ, напр., нижне-каянчанскомъ сельскомъ обществѣ насчитывается въ 170 дворахъ, 32 грамотныхъ мужчины и 7 грамотныхъ женщинъ. Т. е. при наличномъ числѣ душъ (по подворной переписи моей) въ 835 обоего пола, грамотные составятъ 4,7%: въ отдѣльности же грамотные мужчины (32 д.) составятъ 7,3% общаго числа душъ муж. пола, а грамотныя женщины -- 1,8% общаго числа душъ женск. пола (398 д.). При этомъ, какъ и можно было ожидать, на долю православныхъ, составляющихъ больше четвертой части населенія, приходится всего 7 грамотныхъ мужчинъ и ни одной грамотной женщины! Это явленіе повсемѣстное...}. Молодежь еще темнѣе стариковъ въ дѣлѣ вѣры и впервые что-либо узнаетъ о послѣдней лишь при вѣнчаніи отъ своего попа, проживающаго въ д. Кутабаѣ (верстахъ въ 80-ти отъ Айи). Со стороны этой молодежи не подмѣтишь никакой ревности въ дѣлѣ вѣры: чуть-гдѣ гулянка, уже тамъ непремѣнно общая выпивка, въ коей одинаково усердно участвуетъ молодежь мірская и. старообрядческая (поповщинская и безпоповщинская). Коли на глазахъ нѣтъ стариковъ, "чашечники" не прочь и отъ "цыгарки"...
Но относясь отрицательно къ старообрядцамъ и хуля послѣднихъ, о. Григорій все-таки подтверждаетъ, что у нихъ найдешь гораздо больше солидарности, взаимной помощи и общинности: "мірскихъ", по его мнѣнію, больше всего и вводитъ въ соблазнъ эта именно солидарность, цементирующая старообрядцевъ, и при "совращеніи" мірскихъ какъ начетчики, такъ и наставники на этотъ пунктъ прямо и бьютъ. Впрочемъ, о. Григорій склоненъ (и не безъ основанія) объяснить большую успѣшность "совращенія" изъ православія въ старообрядчество, тѣмъ обстоятельствомъ, что начетчикъ -- крестьянинъ, по духовно-нравственному укладу своему, стоитъ къ народу гораздо ближе, чѣмъ священникъ, котораго иной старообрядецъ и не пуститъ къ себѣ...
О. Григорій вполнѣ соглашается и съ тѣмъ, что старообрядцы ведутъ несравненно болѣе трезвую жизнь и болѣе хозяйственно -- исправную, чѣмъ православные. Одно лишь не нравится ему въ нихъ,-- это "большое распутство и вольность", царящія въ брачныхъ отношеніяхъ безпоповцевъ...
Въ бесѣдѣ съ о. Григоріемъ я имѣлъ, между прочимъ, возможность убѣдиться въ основательности подозрѣнія моего относительно Нижне-Каянчанскаго Шипицына. Оказывается, что тотъ своей "Москвой" всѣмъ уши нажужжалъ, и этимъ чувствительно поправилъ свои дѣлишки. Для затѣянной имъ поѣздки съ цѣлью "разыскать" хранилище "истинной вѣры" собрано было между поповцами около четырехъ тысячъ рублей. Шипицынъ, дѣйствительно, съѣздилъ въ Москву (по его увѣренію побывалъ даже въ Петербургѣ) и, вернувшись, онъ представилъ отчетъ, въ которомъ итоги подведены были такъ гладко, что расходы пришлись копѣйка въ копѣйку съ приходомъ, т. е. всѣ врученныя Шипицыну деньги были цѣликомъ израсходованы... Черезъ годикъ другой Шипицынъ поставилъ себѣ новый домъ, да двумъ сыновьямъ своимъ поставилъ по дому; а между тѣмъ никакихъ другихъ средствъ у Шипицына, кромѣ остатковъ изъ тѣхъ денегъ, быть не могло... Теперь поповцы опять собираютъ по 50 коп. съ души (сборъ поголовный -- со всѣхъ возрастовъ обоего пола) и опять для Шипицына-же, который долженъ отвести своего сына въ Москву для посвященія его тамъ въ священники. На этотъ разъ, правда, возбуждаются опасенія и сомнѣнія, какъ-бы Шипицынъ -- по возвращеніи -- вновь не принялся ставить дома своимъ приснымъ...