Страшный гул покрыл слова Якова. Сначала толпа ревела как буря. Потом чей-то властный голос стал призывать к оружию, и все разбежались в разные стороны.
Единственная мысль побуждала всех этих людей, мысль, внезапно блеснувшая во всех умах как молния, -- схватить первый попавшийся предмет, годный для убийства.
В неопределенном, бурном свете сумерек, среди наэлектризованного воздуха, наполненного дыханием истомленных полей, какая-то роковая жажда убийства подавляла сознание всех этих людей.
IV
И вся фаланга, вооруженная косами, серпами, топорами, кирками и ружьями, собралась на площади перед церковью. Все кричали:
-- Святой Пантелеймон!
Дон Консоло в ужасе от этого содома спрятался в церкви за алтарем. Толпа фанатиков под предводительством Якова ринулась к большой часовне, сорвала бронзовые решетки и спустилась в пещеру, где хранилась статуя святого. За стеклом виднелась голова христианского идола, сверкавшая посреди большого диска в виде солнца. Все стены были покрыты богатыми приношениями.
Когда идол на плечах четырех геркулесов появился наконец между колоннами галереи и загорелся отсветом зари, у нетерпеливой толпы вырвался страстный вздох, все содрогнулись, как будто порыв радости пронесся над их головами.
И вся колонна отправилась в поход с огромной статуей святого, который сверкал над толпой, устремив в пространство взгляд своих пустых глазниц.
Теперь на однообразном и тусклом фоне неба изредка проносились метеоры с огненными хвостами, нежное облачко иногда отделялось от багровой полосы, лениво плавало в пространстве и таяло... Земля Радузы напоминала горку пепла, под которой тлеют угли, а впереди в фосфорической полутьме терялась даль полей.