-- Ну, безъ этого нельзя, почтеннѣйшій; тутъ безъ этого ни шагу. Хотите, я введу васъ и познакомлю съ людьми, которые могутъ много для васъ сдѣлать, съ которыми вамъ весьма полезно сойтись... сидите, сидите,-- продолжалъ онъ, наложивъ полновѣсную руку покровителя на колѣни искателя наградъ и отличій: -- сидите и не показывайте вида, что мы съ вами говоримъ о такомъ предметѣ, и даже послѣ никому объ этомъ не говорите; это останется между нами. Я вамъ дамъ весьма полезный совѣтъ: достигайте своей цѣли насущными путями, какъ и гдѣ случится; но знайте сами объ этомъ -- одна грудь да подоплёка, какъ говорится по-русски -- это не для другихъ. И такъ, я сведу васъ охотно со многими -- и насчиталъ ему съ полдюжины звонкихъ именъ, отчествъ, званій и прозваній, сильно ударяя на чинъ и званіе покровителей: -- приходите ко мнѣ въ четвергъ; они всѣ будутъ у меня... то есть я могу созвать ихъ нарочно для васъ: они мнѣ пріятели. Вотъ вамъ моя карточка, тутъ есть адресъ мой.
Предупредительность эта обязала молодаго человѣка до восхищенія. Вотъ, думалъ онъ, говорятъ, въ Питерѣ чужой человѣкъ что въ лѣсу: нашелся же на мое счастіе человѣкъ безкорыстный, услужливый, снисходительный, который полюбилъ меня за одну наружность мою... тутъ онъ скромно осмотрѣлъ себя съ носковъ и до плечъ -- выше не могъ онъ взять глазомъ, -- вздохнулъ, поднялъ голову и прошелся.
Когда стали расходиться, то обязательный человѣкъ тутъ какъ тутъ, спустился по лѣстницѣ рядомъ съ новымъ знакомцемъ своимъ, предложилъ отвезти его домой на своихъ пролеткахъ, -- онъ держалъ своихъ лошадей, -- и дорогою сказалъ, какъ будто мимоходомъ, и притомъ разлакомивъ попутчика еще болѣе своимъ всесильнымъ покровительствомъ: -- Только вотъ что, я вамъ долженъ сказать прямо, откровенно, какъ я это всегда дѣлаю, что я человѣкъ небогатый; я охотно помогаю всякому, но не могу взять на себя всѣхъ расходовъ по такому дѣлу. Пригласить такихъ людей, хоть они мнѣ и пріятели, такъ надобно устроить порядочный вечеръ; вы должны мнѣ пособить, сдѣлаемъ складчину; можетъ быть, и вы также человѣкъ небогатый, такъ я разорять васъ не хочу; дайте что-нибудь, напримѣръ, хоть сотню цѣлковыхъ...
Какъ тутъ быть, какъ отказаться отъ такого покровительства -- и даже какъ отказать такому покровителю? Деньги были вручены тутъ же, на дрожкахъ, и покровитель, несмотря на потемки, опытнымъ глазомъ своимъ пересчиталъ сколько или около чего осталось въ бумажникѣ саратовца. Подобныя свѣдѣнія могли быть полезны для будущихъ соображеніи.
Вотъ происхожденіе того пріятельскаго вечера, о которомъ мы говорили выше. Бѣдняка представили, пробормотавъ сквозь зубы, чего никто не разслышалъ, человѣкамъ двумъ, тремъ со звѣздой, которые кивнули въ отвѣтъ на это такъ искусно головою, что даже не согнули шеи; затѣмъ нашъ пріѣзжій сидѣлъ гдѣ-то около печи, во весь вечеръ, при подробномъ описаніи коего мы даже забыли указать на этого втораго хозяина и невиннаго виновника пира.
Случай этотъ доказываетъ, что нашъ оборотливый человѣкъ удилъ все, что плыветъ, не брезгалъ и малымъ, гдѣ нельзя было добыть большаго; но иногда судьба была къ нему гораздо снисходительнѣе, и онъ умѣлъ этимъ пользоваться, какъ видно изъ слѣдующаго.
Въ столицу пріѣхалъ повѣренный какой-то княгини или графини, протранжирившей все добро свое въ классической, изящной Италіи и желавшей наложить руку на послѣднее родовое достояніе свое, на прекрасное, хотя и разстроенное имѣніе въ 1000 душъ, состоявшее въ западныхъ губерніяхъ. Оборотливый человѣкъ всегда зналъ, что дѣлается въ свѣтѣ, и узнавъ объ этомъ случаѣ въ свое время, освѣдомился подъ рукой обо всѣхъ обстоятельствахъ дѣла" которое нашелъ удобнымъ и сподручнымъ -- а потому и подослалъ немедленно вѣрнаго человѣка къ повѣренному, чтобъ этотъ обратился къ нему, какъ къ человѣку съ вѣсомъ, съ деньгами и со связями.
-- Я найду вамъ покупщика, сказалъ пріятель нашъ:-- найду, пожалуй, завтра же; а вы знаете, что это теперь нелегко; денегъ нѣтъ ни у кого, это общій грѣхъ нашего вѣка. Но у моего покупщика деньги наличныя; это человѣкъ не обыдённый; вы увидите, что съ нимъ можно сварить кашу.
Неопытный полякъ благодарилъ и по привычкѣ кланялся очень униженно, полагая, что говоритъ съ человѣкомъ и важнымъ, и дѣльнымъ, и надежнымъ, какъ его въ томъ предварительно увѣрили подручники и прикормленники перваго.
Оборотливый человѣкъ велѣлъ придти къ себѣ поляку и принести документы. Разсмотрѣвъ ихъ быстрымъ взглядомъ дѣльца и знатока, онъ сталъ торговаться на совѣсть, увѣряя, что если дѣло кончено будетъ между ними, то можетъ считаться конченнымъ и съ покупщикомъ.