IV.
БЕСѢДА.
Покончивъ это дѣло, Гребневъ-отецъ воротился къ себѣ наверхъ и былъ весь день такъ веселъ и спокоенъ, что Авдотья Ивановна не могла этому надивиться. Она собралась съ духомъ, скрѣпила сердце свое въ угоду Гаврилѣ Степановичу и, ухаживая за нимъ, придумывала разныя очень хитрыя и ловкія мѣры, то чтобъ склонить его удержать сына и помириться съ нимъ, то чтобъ вывѣдать смыслъ загадочнаго для нея образа дѣйствій мужа; но у нея на сегодняшній день не доставало духа исполнить хотя одно только изъ этихъ хитро придуманныхъ предположеній, которыя, впрочемъ, всѣ были необыкновенно многосложны и запутанны. Старикъ, повидимому, не замѣчалъ ничего, былъ веселъ, разговорчивъ и любезенъ.
Къ вечеру зашелъ и заѣхалъ кой-кто изъ пріятелей Гребнева -- люди торговые, но не все первой руки, а кто съ дѣльцемъ, кто съ просьбицей, кто провѣдать. Былъ тутъ, впрочемъ, и Сулейкинъ, который не миновалъ старика, если по Москвѣ ходили какія нибудь вѣсти или новости, а всегда являлся съ ними первый.
Одинъ изъ гостей сталъ жаловаться на всеобщую бѣдность, Гаврило Степановичъ былъ этотъ вечеръ въ духѣ, и ему захотѣлось высказать задушевныя убѣжденія свои.
-- А что за такой звѣрь бѣдность?-- спросилъ онъ:-- и что за звѣрь богатство?
Вопросъ этотъ простили старику ради странности; всѣ согласились, что это недостатокъ и обиліе денегъ, то есть звонкой монеты, или, пожалуй, если кредитъ обезпеченъ, денежныхъ знаковъ.
-- Ну, а я бы тебя обсыпалъ золотомъ,-- сказалъ старикъ:-- да посадилъ бы на Ивана Великаго, да чтобъ къ тебѣ никому ни ходу, ни лазу не было, что тогда твое богатство?
Собесѣдники разсмѣялись и согласились, что оно бы и гроша не стоило.
-- Ну, а пустилъ бы я тебя съ нимъ къ такимъ чувашамъ, которымъ золота твоего не нужно, не стали бы брать его даромъ, и не дали бы тебѣ за него ни иглы, ни кафтана, ни хлѣба? Ну, а жилъ бы ты съ золотомъ своимъ и между людьми, да стали бы они править съ тебя за аршинъ сукна милліонъ, за сапожишки два, а хлѣбъ былъ бы на вѣсъ золота? Стало быть, не въ одномъ золотѣ сила! Тебѣ понадобились лучшія сельди; на Москвѣ дай за нихъ, за два десятка, три цѣлковыхъ; а пойди на мѣсто, тамъ болѣе полтины серебра не возьмутъ съ тебя. Стало быть, богатство -- это обиліе, избытокъ вещей, а не денегъ. Чего много въ привозѣ -- то дешево, тѣмъ каждый изъ насъ богатъ; чего мало -- то дорого, тѣмъ мы бѣдны. Вотъ, помоему, обиліе и нищета, а не деньги.