Сестры соглашались съ бабушкой. Бѣда, коли кто задѣнетъ ихъ братца-патера! Всѣ онѣ предчувствовали, что онъ явится якоремъ спасенія въ ту минуту, когда домъ и семья дойдутъ до окончательнаго распаденія. Несомнѣнно, что онъ скоро получитъ хорошій приходъ, будетъ даже назначенъ благочиннымъ, и тогда въ его домѣ на всѣхъ хватитъ и хлѣба, и похлебки.
-- Когда я умру, говаривала ему иногда бабушка, усѣвшись около него:-- когда я умру, Господь знаетъ, что у насъ въ домѣ подѣется. И, попомни мое слово, донъ Карлино, что ты, только ты одинъ можешь спасти ихъ души и плоти ихъ не дать погибнуть. Старикъ (бабушка своего сына всегда звала старикомъ), старикъ усталъ, и ропщетъ на провидѣніе. Братья твои до кабака стали падки. Мало стало вѣры, мало страха Господня. Одинъ ты -- попомни это -- можешь спасти утопающую ладью. Коли Господь сподобитъ меня предстать предъ него, я о всѣхъ стану молиться... Ну, да его святая воля... Вотъ, лишь бы до Христова дня мнѣ дожить.
Слушая такія рѣчи, донъ-Карлино поникалъ головой, и словно трепетъ, отъ котораго онъ не былъ въ силахъ воздержаться, пробѣгалъ по всему его существу.
Часто онъ ничего не отвѣчалъ бабушкѣ, вставалъ и уходилъ изъ дому съ книгой подъ мышкой, и брелъ по первой попавшейся ему тропинкѣ, уводившей его въ горы. И что-то восторженное свѣтилось въ его глазахъ, устремленныхъ въ даль. Во время такихъ прогулокъ, онъ нерѣдко встрѣчался съ докторомъ Делла-Гокка. И они просиживали жаркіе полуденные часы въ тѣнистой рощѣ, увлекаясь своими философскими спорами.
Доктору было лѣтъ подъ пятьдесятъ, и, конечно, онъ не былъ чернокнижникомъ, какъ увѣряли окрестныя кумушки. Но у него былъ свой взглядъ на вещи, взглядъ, который онъ любилъ излагать, всегда готовый добродушно внимательно выслушать и чужое мнѣніе. Мягкость его обращенія, искреннее добродушіе и снисходительность къ ближнему дѣлали его настолько пріятнымъ, что его собесѣдникъ охотно прощалъ ему даже его еретичество.
Надо правду сказать, что прежде, чѣмъ познакомиться съ докторомъ, донъ-Карлино, привыкшій въ семинаріи относиться къ подобному "вольнодумству" съ великимъ негодованіемъ, не безъ нѣкотораго ужаса представлялъ себѣ Делла-Рокка. Но чортъ оказался не такъ страшенъ, какъ его малюютъ, и бесѣды съ докторомъ постепенно смягчали предубѣжденія молодого человѣка. Докторъ былъ далекъ отъ того, чтобы порицать набожныхъ людей. Онъ нетолько не мѣшалъ дочери усердно посѣщать церковь, но ежегодно дарилъ ей изображеніе Мадонны, фотографическую или гравированную копію съ картины какого-либо великаго художника. Когда его Терезина возвращалась домой послѣ причастія, ясная, спокойная, ласковая и нѣжная къ отцу, онъ, какъ самъ признавался молодому человѣку, обыкновенно бывалъ тронутъ до слезъ. Но, отеревъ свои сладкія слезы, отвѣтивъ своему ангелочку-дочуркѣ поцѣлуями на поцѣлуи, ласками на ласку, онъ опять погружался въ свое спокойное философское міросозерцаніе, допускающее присутствіе въ мірѣ и зла и добра, и искавшее средствъ умалить зло и увеличить добро.
Донъ-Карлино не затрудняло опроверженіе софистическихъ доводовъ эпикурейцевъ, манихеевъ, аріанъ, и пантеистовъ. Но обыкновенно, когда послѣ спора съ Делла-Рокка, молодой человѣкъ возвращался домой, то ощущалъ въ головѣ тяжесть и смуту, запирался на верху въ своей комнаткѣ и усердно искалъ въ писаніяхъ св. Августина и въ Анджелико отвѣтовъ на изложенныя докторомъ заблужденія. И когда Джакомо, подымавшійся до зари, запрягалъ своего мула въ телегу, собираясь ѣхать на рынокъ, то видѣлъ свѣтъ въ окнѣ брата-патера, и ворчалъ себѣ подъ носъ: "ишь сжетъ масло! не самъ покупаетъ, отъ того и не жалѣетъ".
Иногда они спорили съ докторомъ, продолжая прогулку, и незамѣтно доходили до самаго домика Делла-Рокка. Докторъ жилъ почти въ концѣ городка: прогулка и споръ ихъ утомляли, добродушный хозяинъ считалъ необходимымъ предложить гостю освѣжиться стаканомъ вина, или, по крайней мѣрѣ, чашкой кофею, который Терезина спѣшила для нихъ сварить.
Эта хорошая дѣвушка была очень довольна, что ея отецъ сближался съ молодымъ патеромъ. Хоть она очень мало смыслила въ эмпиризмѣ, пантеизмѣ и матеріализмѣ, но сердце побуждало ее держать всегда сторону донъ-Карлино, и она иногда рѣшалась поддерживать его, то просто выраженной здравой мыслью, то жестомъ, то взглядомъ; такимъ хорошимъ, ласковымъ взглядомъ, что въ немъ иногда даже затеривались сухіе доводы и самый предметъ спора.