Черты лица ея, доселе искаженныя страданиями, приняли, тотчас после смерти, прежнюю свою приятность и величие.
Во все время, царская фамилия и все присутствующее стоя-ли, наклонив голову. Наконец, великий князь, как будто насильно, отрываясь от тела матери, вышел в другую ком-нату, заливаясь слезами. Опочивальня императрицы огласилась воплями служивших и приверженных ей. Но слезы эти и рыдания не простирались далее этой комнаты. Там собирал уже
обер-церемонимейстер Валуев всех к присяге и пришел с докладом, что все в придворной церкви к тому готово. Новый император, со всею царскою фамилиею, в сопровождении съехавшихся во дворец, вошел в церковь и стал на императорском месте. Все читали за духовенством присягу. Импе-ратрица Мария Феодоровна подошла к императору и хотела броситься перед ним на колени, но император удержал ее, равно и всех детей своих. Все целовали крест, евангелие, и подписав имя свое, подходили к руке императора. По окончании присяги, государь пошел прямо в опочивальню покойной императрицы, которая лежала уже в белом платье на кровати. Император низко ей поклонился и пошел в свои комнаты. Графу Везбородке поручено было написать манифеста и пригла-сить в Петербург князя А. Б. Куракина, проживавшаго в Москве. Граф А. Г. Орлов не был во дворце и у присяги. Император отправил к нему Растопчина с Н. П. Архаровым, чтобы привести его к присяге.
--"Я не хочу, чтобы он забывал 29-е июня" -- прибавил император.
Они застали Орлова спящаго, разбудили, привели к присяге и отрапортовали его величеству.
Между тем, кн. П. А. Зубов, как дежурный генерал-адъютант, спросил императора: кому прикажет он вручить генерал-адъютантский жезл, который был тогда знаком дежурнаго генерал-адъютанта. Император отвечал: "il еst en bоnnеs mаins, gаrdez lе". -- Князь Зубов спросил императора: не угодно-ли ему разсмотреть запечатанные конверты, находя-щиеся в кабинете покойной императрицы? Первый, попавшийся в руки и распечатанный императором, было отречение его от всероссийскаго престола. Второй -- распоряжение о пребывании его высочества в замке Лоде, куда должно было следовать и войско, находившееся при нем в Гатчине и Павловске. Император, улыбаясь, изорвал оба пакета на мелкие куски. Третий был указ о пожаловании графа Безбородко имением, бывшим князя Орлова и Бобрика.
-- "Сelа арраrtient à mоn frèrе, сказал Павел, oser en disposer еn fаvеur d'un аutre еst un сrimе".
Четвертый, с надписью самой императрицы, духовное завещание, император, не распечатывая, положил в карман.
Это я слышал впоследствии от самаго князя Зубова, кото-рый выставлял этот поступок в виде неблагодарности, со стороны Павла, за оказанныя ему услуги и как бы извинитель-ною причиною (дальнейшаго поведения его, т. е. кн. Зубова).