Сие творить при обновлении рождения каждого из частных в обществе людей научает природа, древность, закон и правительство; но несравненно с большим наблюдением истины воздавать больше при рождении великим и таким особам, которых величеством прямо возвеличился и достиг до своего совершенства народ, научает нас кроме древности и нынешний просвещеннейший весь свет. В глубокой древности повелитель народов, пышный Рим, с каким восхищением и великолепием праздновал рождение своих монархов и поборников отечества великих, когда все многочисленнейшие оного народы стекались отвеюда на представляемые в память их рождения великолепнейшие позорища и когда все области оного почитали их день рождения святым и признавали повсеместно спасительным отечеству, в который кроме радостных восклицаний никаких словопрений судебных, никаких истязаний и никаких по иску требований никому во всей державе производить не дозволялось. Судища все тогда молчали, оставляемы были дела публичные и приватные, не тревожили народа позыватели на суд, ходатайства нигде ни за единого на суде не требовалось, единый день рождения их, во всем уподобленный светлому празднику, был ходатайственным за всех прегрешения и отпущения {См. LL. 7 et 11. Cod. de feriis [см. 7 и 11 законы Кодекса о преступлениях].}...
В принятом издревле законоучении вещи разделяются на принадлежащие к правам божественным и человеческим. Принадлежащие к правам божественным вещи, о которых здесь наше идет рассуждение, разделялись у древних на священные, святые и принятые в благочестие: in то res sacras, sanctas et religiosas. Сие старинное языческое разделение вещей, взятое из римских прав, в последующие времена императоры греческие приняли и в христианский закон с таким притом подтверждением, чтобы собственность сих вещей единому токмо богу навсегда принадлежала. Такое о сих вещах законоучение, поелику принято от государей первоначальный греческия церкви, не противно нашей вере, и сверх того оное здесь приводится не в закон положительный, а единственно только для показания и сношения с тем, что такое благоговение описываемым здесь вещам отдаваемо было не токмо в первоначальном благочестии, но даже и в самой древности язычников.
I. О ВЕЩАХ, ПОЧИТАЕМЫХ СВЯЩЕННЫМИ У РИМЛЯН-ЯЗЫЧНИКОВ И У РИМЛЯН, ПРИНЯВШИХ ХРИСТИАНСКУЮ ВЕРУ, С УРАВНЕНИЕМ ОНЫХ С ВЕЩЬМИ, ПОЧИТАЕМЫМИ В РОССИИ СВЯЩЕННЫМИ
Вещи у римлян-язычников священными почитались, которые торжественно и пред всем народом языческими их первоначальными идолослужителями богам посвящаемы были. Таковые у римлян язычников почитались жертвенники, храмы, идольские капища и полагаемые в оных вещи на сохранение: arae, aedes, fana, templa et donaria. Посвящение сих вещей производилось с великим обрядом: во-первых, самое то место, на котором оные созидаемы были, окропляемо было водою и благовествуемо предсказателями, после чего следовало положение камня краеугольного, называемого по их lapis auspicalis. Сверх сего при созидании таких вещей требовалось сената римского благоволение, народа подтверждение и высочайшее государей чрез первых идолослужителей храма посвящение, которое они часто и сами отправляли, чему примером есть оставшееся в древности Ромула посвящение храма Юпитеру Феретрию {Iupiter feretri, haec tibi Victor Romulus rex arma fero templumque iis regionibus, quas modo animo metatus sum, dedico, sedem opimis spoliis, quae, rogibus ducibusquo hostium caesis, me auctorem sequentcs postori feront. Смотри Гейнекция Antiq. Roman, ad inst. lib. 2, tit. 1, pag. 423. [Юпитер, несущий победу, и, победитель, царь Ромул, приношу тебе это оружие и посвящаю храм для тех краев, которые я только что и уме наметил, а также место хранения оружия, взятого у неприятельских полководцем; после того как пали их цари и полководцы, его принесут оставшиеся и жилых, идущие за мной. См. Гейнекций, Римские древности. Руководство, кн. 2, тит. 1, стр. 423.]} 4.
Таким торжественным образом посвященные пещи назывались священными; противным сему и приватным образом посвящать вещей никому по дозволялось, и в противном случае таких нощей не нелепо ниже у язычников признавать за священные {Sacra vocant augusta patres; augusta voenntur tcmpla sacerdotum rite dicata manu. Ovid. Fast. 1, v. 403. [Святое называют отцы священным; священными называются храмы, рукою жрецов надлежащим образом освященные. См. Овидиевы фасты, 1, стих. 403.]}. Римляне имели в идолопоклонстве и собственные всякому вещи священные, как, например: sacra nalalium, sacra doorum penatium; однако и сих без посвящения первоначальных идолослужителей делать возбраняло правительство, откуда явствует, что римляне и в идолопоклонстве великую осторожность наблюдали при освящении вещей, опасаясь, дабы чуждое какое божество в их веру чрез тайное посвящение не взошло и не произвело бы расколов в народе, что самое и афиняне делали, не дозволяя никому в доме чудотворений делать тайно {Vid. Corn e lius Nep., Alcib., cap. 3 [см. Корнелий Непот, Алкивиад, гл. 3].}. Посвященные правильно и торжественно вещи оставались в собственности того божества, которому посвящены; никому оными владеть не дозволялось, никому оных ни покупать, ни продавать, ни закладывать не можно было, так что по разрушении оных и одно место священным оставалось до тех пор, пока или неприятелем овладеемо не было, или пока вызыванием святыни простым не сделалось {Conferantur de hoc LL. pr. princ. L. 6, § 2. D. h. t. L. 9. § 5. D. eod. § 8 inst. h. t. L. 6, § 3. D. eod. L. 36. D. de relig. L. 9. § 2. D. h. t. [Об этом говорится в законах, в первую очередь в законе 6, § 2. Об этом также говорится в законе 9, § 5; о том же § 8, указание того же закона в § 3, о том же закон 36. Декрет о религии, закон 9, § 2 о том же.]}.
Вещи священные у римлян-христиан, по точнейшему определению христианских законоположников Юстиниана и Константина, назывались, которые торжественно чрез архиепископов богу посвящаемы были, и такие именно в Юстиниановых законах означаются храмы божий, вклады и утвари церковные, сосуды церковные, чертоги государевы {Что чертоги государей римских священными почитались, то сие можно видеть из рапных указов, пак, напр.: Cod. lib. 12. t. 43. de comitibus et anhialris sacri palalii. Cod. lib. 1. t. 34. de officio comilis sacri palalii. De privilegiis connu, qui in sacro palatio mililant. Cod. lib. 12. lit. 21). [Кодекс, кн. 12, тит. 13. О служащих священного дворца. Кодекс, кн. 1, тит. 34. Об обязанностях служащих священного дворца. О преимущественных правах тех, кто служит в священном дворце. Кодекс, кн. 12, тит. 29.]} и подобные сим вещи, какие только торжественно священным чином для богослужения посвящаемы были {Sacrae res sunt, quae rite per pontifices deo consecratae sunt: veluti aedes sacrae, et donaria, quae rite ad ministerium dei dedicatae sunt: quae etiam per nostram constitutionem alienari et obligari prohibuimus, excepta causa redemptionis captivorum. Si quis autem auctoritate sua quasi sacrum sibi constituerit, sacrum non est, sed profanum. Locus autem, in quo aedes sacrae sunt aedificatae, etiam diruto aedificio sacer adhuc manet, ut et Papinianus scripsit. Inst. § 8 de rerum divis et adquirondo oarum dominio. [Священными являются вещи, посвященные богу надлежащим образом верховными жрецами, как, например, храмы и приношения, но установленному обряду освященные для богослужении, которые мы также согласно нашему установлению запретили отчуждать или закладывать, за исключением тех случаев, когда приходится выкупать пленных. Но если кто-нибудь своей властью что-нибудь объявит для себя якобы священным, то оно не священное, но мирское. Место же, где построены храмы, даже в случае их разрушения, еще остается священным, как писал Панициан. Постановление § 8. О вещах, посвященных богу, и о вступлении во владение ими.]}.
Сии вощи по старинному языческому узаконению и в христианстве изъяты были от продажи и употребления частным людям, никто их не мог ни продать, ни купить, ни заложить, разве как только в случае для искупления пленников христианских и для пропитания бедных, для которых и по правилу Кормчия книги: церковное богатство есть нищих богатство {L. 22. Cod. de sacrosanctis ecclesiis.-- Sancimus nemini licere, sacratissima atque arcana vasa, vel vestes caeteraque donaria, quae ad divinam religionem necessaria sunt, cum etiam veteres leges ea, quae iuris divini sunt, humanis nexibus non illigari sanxerint, vel ad venditionem, vel hypothecam, vel pignustrahere etc. Excepta causa caplivitatis et famis in locis his, in quibus hoc contigerit: nam si necessitas fuerit in redemptione captivorum, tune et venditionem praefalarum rerum divinarum et hypothecam et pignorationes fieri concedimus: quia non absurdum est, animas hominum, quibuscunque vasis vel vestimentis praeferri. [Закон 22 Кодекса о священных собраниях: "Запрещаем кому бы то ни было продавать священные и для тайн хранимые сосуды или одеяния и прочие приношения, необходимые для богослужении, так как еще прежние законы запрещали отягощать мирскими долговыми обязательствами, продавать или закладывать все то, что находится под защитою сакрального права. Исключение может быть сделано при выкупе пленных и голоде там, где это случается, ибо если есть необходимость выкупить пленных, то разрешается и продажа и залог указанных выше священных предметов, потому что не может быть нелепости в том, что человеческие души считаются ценнее каких бы то ни было сосудов и одеяний".]
Смотри Кормчие книги 5, лист 20, прав. 73: Церкви данного сосуда или завесы и прочего не подобает взимати или продаяти от церкви. Лист 129, прав. 25: Церковных вещей не продавати. Лист 382, прав. 22: Сосуды священные продаяти на искупление пленных. Лист 17, прав. 89: Церковное богатство -- нищих богатство. Лист 353: Церковный тать нощным зверем предается6.}. Таким торжественным образом однажды посвященные богу вещи пребывали священными навсегда и по разрушении своем в остатках на месте. Христианские государи, подражая древности языческой и предохраняя православную церковь, от расколов, запрещали {I. N. 58: ut in privatis domibus sacra misteria non fiant: Et priscis sancitum est legibus nulli pcnilus esse licentiam, domi quae sacratissima sunt agere: sed publiee sinere procedere in credulitatem et dei culturam, secundum sanctionem de his sacratis actibus traditam. Et nos etiam hanc in praesenti ponimus legeni, quant cum omni cautcla tcneri volumus. Omnibus cnim intcrdicirmis maguae huius civitatis (Constantinopolitanis) habitatoribus, inagis auiem etiam toLiiis nostrae ditionis in domibus suis habere quasdnm quasi orationuin domos: et in his sacra celcbrare misteria: et hinc fieri quaedam calholicae et apostolicae traditioni extranca etc. [Постановление No 58 о том, чтобы в частных домах не совершались богослужения: и древними законами было установлено, что священнодействия дома безусловно воспрещаются, но разрешаются всенародные собрании вероисповедного или религиозного характера, согласно сохранившимся установлениям по поводу этих священнодействий. И в настоящее время мы также издаем этот закон, который мы желаем неукоснительно исполнять. Поэтому мы запрещаем жителям этого великого государства (Константинопольского), в большей же мере также жителям всех подвластных нам областей иметь в своих домах якобы молитвенные, дома и здесь совершать богослужения; это чуждо кафолическому и апостольскому преданию и т. д.]} и христианам уединенные (приватные) делать богослужения. Сему старинному, в благочестие принятому правилу последуя, премудрый монарх Всероссийский Великий Петр в Регламенте7 именно запретил, кроме фамилии царского величества, никому отнюдь не созидать и не иметь приватных церквей и сверх сего наиприлежнейше приказал епископам по присяжной своей должности смотреть и разыскивать являемые чудотворные иконы и привозимые от чужестранных в Россию вещи священные и мощи святых. Творящих сему противное, пренебрегающих церковь публичную и священнодействующих приватно в домех по правилам Кормчия книги велено проклятию предавать {Смотри Регламент духовный, пункт 7, лист 75... 8 В том же Регламенте духовном пункт 6 и 7, лист 14... 8 Смотри Кормчей книги лист 55, прав. 6... 8}. Такие понятия о вещах священных согласны всячески с простодушием первоначальных народов языческих и служат к подтверждению просвещеннейших обычаев христианских. Непросвещенных и не устроенных в путех своих народов языческих правительство, будучи не в состоянии иным образом удержать от нарушения публичных зданий и от употребления оных на особенную каждого пользу, принуждено было делать посвящение таким вещам торжественное, с клятвенным притом призыванием богов и с подтверждением об них особливых законов {Solebant, inquit Heineccius, dedicationi templorum quaedam loges adiici, quales hinc inde in vctuslis marmoribus leguiitur reconsitae a Brisson, form. 1. p. 125. Conf. fleinecciam AiiLiq. Rom. lib. 2. tit. 1. p. 424. [Гейнекций говорит, что посвящение храмов сопровождалось известными законами, которые имеются в надписях на древнем мраморе и приводятся Бриссоном, рисунок 1, стр. 125. Срав. Гейнекций, Римские древности, книга 2, тит. 1, стр. 424.]}. Сие внешнее и кажущееся просвещеннейшим народам излишним, идольское посвящение, имело свой действительный успех {Ut diligentius urbs religione, quani moonibus cingerctur. Cicer. de nat. deor. III. 40. [Чтобы город лучше охранялся религией, чем стенами. Цицерон, О природе богов, III, 40.]}, и народы первоначальные, ьоснящаемы таким торжественным вещей преданием в покровительство невидимым существам, научались богобоязливости и собственности посвященных вещей, поелику принадлежащей единственно богам, не касались так, как чуждому и принадлежащему совсем другому человека имению. Введение такого благоговения в первоначальном гражданстве имело точно такое намерение, и успех оного был произведением сего простого, но токмо полезного понятия о священных вещах. В последующие просвещеннейшие времена правление, получив на то довольнейшую силу и власть, обнародованными повсеместно законами запретило не прикасаться таким вещам и не делать из таких вещей приватных никому употреблений, которые на истинное богослужение определены единственно дли возбуждения в народе большего и благочестию внимания и уважения.
II. О ВЕЩАХ СВЯТЫХ У РИМЛЯН-ЯЗЫЧНИКОВ И У РИМЛЯН-ХРИСТИАН, С УРАВНЕНИЕМ ТАКИХ ВЕЩЕЙ В ЗАКОНЕ РОССИЙСКОМ
Вещи у римлян-язычников святыми почитались в двояком разумении. В первом смысле вещи у них почитались святыми, которые для покровительства и защищения торжественно посвящались языческим их так навиваемым полубогам (dus inodioxuinis), и в сем смысле у римлян сначала почитались святыми одни только стены городские и предместия (pomocria) {Слово pomoerium, которое здесь я назвал предместием, значило у римлян место, внутрь и вне лежащее близ стен городских. Оное оставляемо было подле стен с обеих сторон святым для неприкосновения к ограде. На сем месте насаждаемы были особливые травы, называемые по их sagmina, которые давались некоторым персонал в знак того, что они святы и никем не оскорбляемы. }. Городские вороты в сем разумении сначала не почитались свитыми; причиною тому писатели древностей римских поставляют старинное первоначальных римлян при заложении и посвящении градов употребление плуга или сохи. Сии орудия, обходя избранное на город место, основатели града поднимали, не роя оными и не святя того места, на котором намеревали быть воротам городским. От такого старинного и странного другим народам заложения и посвящения градов у римлян произошло и название городу общее urbs, которое от слова до слова значит сохой обрытое место { Urbs -- происходит от старинного латинского глагола urbare[огораживать]; id est aratro definire -- сохой или плугом ограничить. Varro de ling. Latin. IV. 32. p. 24; Pompon., Lcg. 239. § 6, de verb. signi [ Варрон, О латинском языке, IV. 32, стр. 24; Помпоний, Закон 239, § 6, О словесных знаках; но желающие подробней узнать, каким образом заложение и посвщение градов происходило у древних римлян, могут прочесть о сем Гейнекция, Antiq. Roman, ad inst., lib. 11. tit. 1. pag. 433 et 434. [Римские древности. Руководство, кн. 11, тит. 1, стр. 433 и 434.]}. В другом разумении у римлян вещи назывались святыми, которые защищаемы были от повреждения святостию прав истязательных; и в сем последнем знаменовании почитались святыми по токмо стены городские с предместиями, но равномерно и вороты и укрепления военные в ополчениях {Nec non etsi vallum quis transcendât, aut per murum castra ingrediatur, capite punitur. L. 2. § 17. D. de re militari. [A также тот, кто перейдет через вал или переберется в укрепленный лагерь через стену, карается смертью. Зак. 2, § 17. Декрет о военном деле.]}. По сему також разумению назывались у римлян некоторые и персоны святыми, а именно: родители и патроны {Libetto et filio semper honesta et sancta persona patris ac patroni videri debet. L. 9. D. de obsequ. patet. ac patron, praest. [Вольноотпущеннику и сыну личность отца и патрона должна быть всегда почитаемой и святой. Зак. 9, О почитании отца и патрона.]}. Трибуны народа римского {Plebs, quos pro se contra vim auxilii ergo, decem creassit, tribuni eius sunto, quodve plebem rogassint, ratum esto: sanctique sunto: neve plebem orbam tribunis relinquunto. Frag. XII tabularum, p. 756. [Te, которых плебеи выбрали дли себя в количестве десяти человек, для защиты от насилия, пусть будут их трибунами, и все то, что они вносят на обсуждение народа, да будет имеющим силу закона, а они сами -- неприкосновенными. И трибуны пусть не оставляют народ беззащитным. Фрагм. XII таблиц, стр. 756.]} и посланники, из которых последние назывались еще и преимущественно пред прочими священно-святыми и не оскорбляемыми (sacrosancti et inviolabiles) {Si quis legatumhostiumpulsasset, contra ius gentium id commissum esso existimatur: quia sancti habentur legati. L. ult. D. de legation. Liv. lib. 30. cap. 43 et Dionys. Hal. lib. 6. p. 410. [Если кто-нибудь нападет на вражеского посла, то этот поступок считается противным международному праву, потому что послы считаются неприкосновенными. Закон последний. Декрет о посольствах. Ливий, книга 30,